Урок 2 февраля 2005 г.

 

Шамати, статья №93

 

Вопрос «плавников» и «чешуи»

 

 

Пойми сказанное мудрецами: про каждого, у кого есть «чешуя» (каске́сет) – известно, что есть у него «плавник» (снапи́р). Но у того, у кого есть «плавник» – неизвестно, есть ли у него «чешуя».

 

И это так объясняется с точки зрения духовной работы.

 

«Чешуя» (каскесет) – это трудные вопросы (кушиёт), которые возникают у человека в процессе работы на Творца. Эти трудные вопросы – сосуды, в которые мы получаем основания для работы. Ведь основания наполняют нас при помощи не внешнего разума, а наоборот, разума внутреннего, который есть Высший свет, облачающийся в человека – и тогда улаживаются для него все трудные вопросы.

 

Все трудные вопросы приходят не для того, чтобы человек разобрал, понял и рассудочным путем наполнил их светом разума, став умнее, чем раньше. Вообще, жаль, что человек задействует свой разум, занимаясь всем тем, что ощущает как трудные вопросы в работе. Он бы преуспел, если бы обратился к ним выше знания. Тогда он разрешил бы их правильным образом. Он приподнялся бы над ними верой выше знания, лучше бы осознал важность свойства отдачи и в этом свойстве отдачи, в хасадим, в намерении ради отдачи и подъема к Творцу получил бы не внешний, а внутренний разум, ощущение близости к Творцу. Отсюда уже приходит внутреннее понимание.

 

Поэтому чем больше трудных вопросов, тем больше Высшего света облачается в человека, если человек правильно работает с этими вопросами. А потому «чешуя» – это признак очищения, так как с ее помощью человек может очистить себя – ведь он хочет, чтобы у него не было трудных вопросов. И поэтому делает всё возможное, чтобы очистить себя и удостоиться Высшего света.

 

Однако это не значит, что человек хочет избавиться от вопросов и стать умнее. Нет, он хочет обратить их в чистоту благодаря тому, что поднимается над ними в осознании важности Творца. Когда ко мне приходит какой-нибудь трудный вопрос, отягчение сердца, намерения, противоположные истинным, желания, устремленные в неверном направлении – я радуюсь этому, потому что теперь с их помощью над ними могу увеличить осознание важности Творца, важности духовного – посредством группы, учебы и собственных усилий.

 

Если я таким образом поднимаюсь, то в мере своего подъема прошу, чтобы мне свыше дали это осознание. Ведь в конечном итоге я обнаруживаю, что сам не способен удерживать себя на таком уровне осознания важности, чтобы меня не одолевали трудные вопросы. Выходит, что человек тем самым удостаивается и осознания важности Творца, и сближения с Ним. Тогда в ответ он получает правильные сосуды, т.е. намерения и осознание важности духовного. В этих сосудах человек и начинает раскрывать Творца, Его близость и сам духовный мир.

 

«Плавник» (снапир), также является признаком очищения. Он означает: «сонэ-пэ-ор»  («ненавидит Высший свет»). Конечно же, трудные вопросы есть у человека потому, что он ненавидит Высший свет. Человек, по меньшей мере, не придает важности Высшему свету. Однако тот, у кого есть «плавник», не обязательно должен задаваться трудными вопросами. Возможно, он ненавидит Высший свет не потому, что у него есть трудные вопросы, а просто потому, что он обладает сильной страстью и говорит: «И так, и эдак – все равно не выйдет». Что бы то ни было, «плавник» указывает на того, кто ненавидит Высший свет, т.е. свойства отдачи.

 

Признак очищения – когда есть у человека «рыба». «Рыба» означает «мясо», облаченное в «чешую» и «плавники». Иными словами, Высший свет светит в двух этих признаках. С другой стороны, если в процессе работы у человека не возникает никаких трудных вопросов, это не является признаком очищения, поскольку нет у человека места, где мог бы пребывать Высший свет.

 

Как мы сказали, только поднимаясь над трудными вопросами, человек обретает место, где может облачиться Высший свет. Сами трудные вопросы, их объем и величина, определяют, насколько человек должен приподняться, и каким по величине будет то место, где раскроется Высший свет. Таким образом, без вопросов невозможно продвигаться, потому, что нет у человека причины, которая заставляла бы его притягивать Высший свет. Ведь и без Высшего света, как ему кажется, он вполне устроен.

 

Если трудных вопросов нет, человек неспособен выдумать их сам. А потому мы должны вкладывать как можно больше усилий в разные виды работы. Иногда бывают периоды отчаяния, слабости, равнодушия – и это признак того, что пора сменить вид работы, задействовав какой-то новый аспект. Нельзя оставаться на том же месте. Сказано: «Я пробуждаю зарю, а не заря меня». Если не растревожить сложившуюся ситуацию и не дождаться трудных вопросов, чтобы на их фоне выполнить работу – тогда процесс будет идти не по инициативе человека. Вся наша работа состоит в том, чтобы пробуждаться до того как Творец будит нас.

 

Поэтому Фараон, царь египетский, желая, чтобы народ Израиля остался под его властью, отдал приказ не давать ему «солому» (каш). Как сказано: «И рассеялся народ, чтобы собирать солому» (Тора, Шемот, 5:12). Тогда, само собой, не возникнет у человека потребности в том, чтобы Творец вывел его из-под власти нечистоты к Святости.

 

«Солома» (каш) означает «трудные вопросы» (кушиёт). На каждое состояние приходят трудные вопросы, и это требует исправления по принципу «плавника» или «чешуи». То же относится и к «соломе»: если возникают трудные вопросы, человеку удается подняться над ними и приблизиться к Творцу. Проблема в том, чтобы привести к возникновению трудных вопросов – тех вопросов, на фоне которых человек поистине удостаивается признаков очищения.

 

Вопрос: Что представляют собой трудные вопросы, которыми я могу воспользоваться для продвижения?

 

Ты даже не распознаёшь их... Какие вопросы есть у тебя в жизни?

 

Вопрос: Некоторые из них заставляют меня что-то делать, а другие не слишком давят на психику. Должен ли я искать трудные вопросы?

 

Нет. Сам ты не можешь их искать.

 

Вопрос: Но здесь говорится о «собирании соломы». Разве это не поиск вопросов?

 

Мы всегда должны быть слиты с Высшим, мы должны искать величие Творца и возможности для подъема. Благодаря этому и придут трудные вопросы. А если ты всю жизнь «жуешь солому», то даже не различаешь, что такое трудный вопрос. Человек, желающий продвинуться, чтобы к нему пришли трудные вопросы, может сделать это, лишь обладая тенденцией подниматься в уважении к духовному. Нужно повышать осознание величия Творца и группы, используя все имеющиеся тут средства. Начни отсюда – тогда то, что встанет против этого, будет называться «трудным вопросом». Это не тот вопрос, который возникает, если жена говорит тебе: «Своди меня в кафе». Мы говорим не о такого рода сомнениях, а о помехах, которые отвлекают тебя от величия Творца, противостоя Ему. Вот, что такое «трудные вопросы». Они сориентированы лишь против твоего стремления к Нему и не имеют отношения ко всякому вздору.

 

Если хочешь, чтобы пришли трудные вопросы, начинай приближаться и подниматься лишь к Творцу, почитать только Его. Тогда ты увидишь, как приходят колебания. Работа при этом опять-таки будет вестись в том же направлении на Творца. Однако сейчас ты стараешься без трудных вопросов приближаться к Нему, уважать Его и каким-то образом стремиться к духовному, к осознанию важности отдачи. Сейчас ты продвигаешься как бы посредством разума. У тебя нет трудных вопросов, ты учишься, читаешь, размышляешь, используя разум.

 

В отличие от этого, когда придут вопросы, приподняться над ними ты сможешь лишь выше знания. Ведь сами они являются рассудочными, а потому ты должен идти против них, против своего разума. «Творец важен». Почему? «Потому». Стиснуть зубы: «Важен, и всё тут». В таком случае, если ты почитаешь свойство отдачи больше получения, хотя это и не укладывается в голове, если поднимаешься над трудным вопросом, то в образовавшийся промежуток входит духовное ощущение. Возникает кли для Высшего света. Это и называется «признаком очищения».

 

Вопрос: Это связано с правилами кашерности?

 

Признак кашерности рыбы – наличие чешуи и плавников. Мы хотим быть кашерными, чистыми, а потому и в своей материальной жизни едим лишь ту пищу, у которой есть признаки кашерности. Так в чем вопрос? Если человек ест рыбу без плавников и чешуи, становится ли он более нечистым, чем тот, кто соблюдает кашерность? Спроси физиологов, врачей. Откуда мне знать.

 

Мы в своей обычной жизни хотим следовать внешним признакам, которые тоже указывают на духовные вещи. А потому принято и в еде придерживаться признаков кашерности. Что такое «кашерность»? Это исправленные сосуды. Я хочу стать исправленным кли, я хочу, чтобы окружали меня тоже исправленные сосуды. В этом вся основа иудаизма. Человек внутри обязан стремиться к тому, чтобы стать исправленным кли с намерением ради отдачи. В таком случае, пускай и внешне придерживается признаков, указывающих на то, что он хочет быть исправленным кли. Пускай ест кашерную пищу, пускай произносит благословения на каждое действие. «Благословением» называется экран и отраженный свет. Ты говоришь: «Благословен Ты, Господь, Бог наш...», указывая на взаимодействие между своими сосудами и Творцом.

 

И так далее. Всё это вытекает лишь из духовных действий. Влияет ли это на человека? Что тебе сказать? Речь идет о «неживом уровне Святости» (домэ́м дэ-Кдуша́). К росту это не приводит, однако, при условии постоянного соблюдения, сохраняет человека в некоем константном состоянии – просто сохраняет. Ведь он в своей жизни больше ничего не делает – только оберегает себя согласно указаниям и окружающим обстоятельствам. Человек заворачивается во внешние признаки и живет ими. На внутреннюю часть это не влияет.

 

Однако сама внутренняя часть постоянно растет и в какой-то момент прорывает внешнюю часть, обрывки которой спадают с человека. Если же эго человека не растет, тогда внешняя часть все еще удерживает его, и снаружи он выглядит подобно неживому уровню Святости, соблюдая признаки Святости во внешних проявлениях. Меняется ли он при этом изнутри? С чего вдруг?

 

Вопрос: Тогда какую пользу это приносит нам?

 

Во-первых, соблюдая внешние признаки, ты можешь прийти к мысли о том, зачем ты это делаешь. А во-вторых, тебе все равно нужны какие-то рамки. Человек определяет для себя то или иное окружение. В каждом обществе существуют какие-то стандарты, нормы, обычаи, менталитет – неважно, как это назвать. Внешние законы «народного иудаизма» были установлены каббалистами, чтобы народ придерживался хотя бы этого. Однако мы соблюдаем их лишь для поддержания внешних рамок. А потому нам это нужно – ведь это все-таки ближе к Святости, чем обычаи других народов. Кого ты примешь за эталон? Побывавших здесь англичан? Европейцев?

 

Законы эти являются материальными ветвями духовных корней. Если народ не выполняет их правильным образом, оставь его в покое. Какое тебе дело? Ты заботишься о себе. А потому нам это нужно. Все-таки это хоть в чем-то подтягивает нашу внешнюю часть... Я не говорю о молитве, потому что мы заботимся о том, чтобы молитва наша исходила из сердца, чтобы мы действительно все время обращались к Творцу. Это и называется «молитвой». Мы не заботимся о том, чего требуем естественным образом, поскольку наша внутренняя работа раз за разом возвращает нас к действиям. Однако внешние проявления должны быть именно такими. Ничего не поделаешь. Таковы законы ветви и корня.

 

Опять же, это не влияет на твою внутреннюю часть, это не влияет на твой духовный уровень в процессе подъема по ступеням, однако в любом случае ты обязан находиться в каких-то рамках, а данные рамки наиболее близки к Святости, к отдаче. Здесь у каждого обычая, у каждого действия есть духовный корень. У любого другого обычая нет духовного корня, он придуман человеком, а эти обычаи введены каббалистами.

 

Тебя это отталкивает по двум причинам. Во-первых, это налагает обязательства, ограничивает тебя, а во-вторых, ты вроде бы уподобляешься тем, кто соблюдает внешние признаки, не придавая никакого значения внутренней части. Но какое тебе дело до остального мира? Ты соотносишься с Творцом. У тебя есть цель, ты хочешь достичь чего-то – а эти рамки, эти признаки все-таки наиболее близки к Святости.

 

Вопрос: После махсома это тоже останется лишь рамками?

 

После махсома ситуация уже иная: внешнее и внутреннее соотносятся у тебя иначе, не так, как раньше. Там ты будешь ощущать это по-другому.

 

Вопрос: Трудные вопросы встают перед разумом вследствие рассудочных помех. А преодолеваем мы их тоже путем рассудочных решений?

 

Преодоление рассудочных вопросов ведется над разумом и потому называется «верой выше знания». «Знание» – это разум и чувство вместе. «Голова» (рош) получающего сосуда – это знание, разум, а «тело» (гуф) – это получение, чувство. С другой стороны, в отдающем сосуде «голова» – это вера, а «тело» – это отдача.

 

Как ты это выстраиваешь? В определенном состоянии происходит получение знания и чувства, которые направлены против духовного (см. правую крайнюю часть рисунка). И несмотря на них, тебе нужно посредством отдачи, посредством веры сформировать над этим стремление к Творцу, осознание важности духовного. Это и называется «верой выше знания».

 

Ты должен, по меньшей мере, привести себя к тому состоянию, в котором находился до начала получения. Тем самым ты формируешь емкость, сосуд, отраженный свет, отдачу, веру – и Высший свет льется в эту часть (верхняя часть парцуфа, отображенного справа). Тогда, благодаря помехе, вместо того чтобы упасть, ты поднимаешься на более высокую ступень и продолжаешь путь.

 

Вот, в чем заключается польза от помехи. Если бы не помеха, что бы мы делали? – Ели бы «чешую». Однако если человек кушает креветок (некашерное блюдо), как он будет продвигаться? (Рав смеется)

 

Вопрос: Что представляют собой трудные вопросы, встающие не против раскрытия Творца?

 

Это трудные вопросы о товарищах, о группе. Они необязательно должны быть сориентированы в точности против Творца. Трудные вопросы противостоят тому направлению, в котором ты работаешь. Если они больше относятся к товарищам, к работе, к семье, к начальнику, к учебе – это указывает на то, что мысли твои не устремлены четко на Творца. В таком случае, тебе недостает учебы и мысли, обращенной к Нему, тебе нужна чуть бо́льшая направленность.

 

 

Перевел Олег И.