Из ночного урока от 14-го Ноября


«Шлавей а-Сулам», том 5, стр. 255, "Бедствие, постигающее грешников, начинается с праведников"



       «Сказано мудрецами: "Приходит в мир бедствие, только когда есть в нём грешники, а начинается не иначе, как с праведников, с их начала".

       Здесь надо разобраться, почему приходит бедствие к праведникам? Если оно должно прийти к грешникам, то в чём же виноваты праведники?»... (прочесть статью)

       Бедствие может прийти только к грешникам, потому что они обладают неисправленным желанием получать. Но зачем посылают его человеку? – Чтобы сделать из него праведника. Таким образом, необходимы два условия:

       1. Человек должен находиться в состоянии, называемом «грешник»;

       2. Человек должен продвигаться к состоянию, называемому «праведник».

       Сила, ведущая человека от стадии «грешник» к стадии «праведник» – это и есть бедствие (“пур’анут”). Бедствие может ощущаться в различных формах: потеря желания к духовному; нервный срыв; утрата направления, когда человек начинает наполнять своё время всяческими не связанными с Торой вещами и т.д.

       Так или иначе, состояние, которое проходит при этом человек, называется бедствием. Он не желает оставаться в предыдущем, как будто бы правильном состоянии, когда приходил, учился, выполнял различные правила, ощущал относительное благополучие, думал, что продвигается, приобретая каждый день новые знания, новое качество, и так постепенно приближаясь к цели. Ещё немного и разверзнутся небеса, он всё увидит, всё поймёт – ему казалось, что он на верном пути.

       Когда человека хотят действительно поднять по духовным ступеням, то каждый раз предыдущая ступенька называется «грешник» (“раша”), а новая – «праведник» (“цадик”). И подняться с одной ступени на другую он может только посредством бедствия – сбросив с себя всё, что было раньше, потеряв веру в возможность продвижения прежним путём, отказавшись от того, чем жил.

       Такова природа Высших духовных ступеней: при продвижении сверху вниз или снизу вверх каждая следующая ступень опустошает предыдущую. Возникает совершенно новое состояние, когда Малхут Высшего становится Кетером низшего, или Кетер низшего превращается в основу Малхут Высшего.

       Необходимо отбросить все понятия, все привычки предыдущей ступени, полностью очиститься от неё – иначе не перейдёшь на следующую. Человек может 20 лет оставаться на одной ступени и лгать самому себе, что он продвигается, но продвигаются только те, кого постигают бедствия.

       Бедствия приходят к человеку в очень неприятной форме: он растерян, ощущает безнадежность, отчаяние, бессилие, вся его прежняя философия продвижения рушится – и эта сумятица в его внутреннем мире называется бедствием. Тот, кто готов вытерпеть накат этих волн и, не обращая внимания, закрыв глаза, сжав зубы, очистив разум, принимать каждый раз новое состояние, каким бы оно ни было – тот поднимается всё выше и выше.

       Тот же, кто не способен на это, останавливается и убегает. Поэтому бедствия обязаны вторгаться в мир человека с тем, чтобы приводить его от состояния «грешник» к состоянию «праведник».

       Вопрос: Как эти волны, эти бедствия сказываются на кли человека? Что приобретает при этом душа? Или они проходят, так и не коснувшись его?

       Человек находится в определённом процессе: ему кажется, что, приходя учиться, участвуя в дискуссиях, вкладывая усилия в любовь к товарищам, в распространение и т.п., он наращивает количество своих усилий и, может быть, даже меняет их качество.

       Однако когда ему хотят дать несколько иное постижение, иной статус, соотношение, иную связь между ним и Творцом, это возможно только путём обновления его сосудов, а обновление сосудов требует обязательного опустошения от предыдущего состояния.

       И тогда человек должен увидеть предыдущее состояние, как плохое, а себя – как грешника, который ничего не добился, у которого за душой ничего нет, для которого не важен Творец, у него вообще нет связи с Ним и т.д. И если человеку действительно станет безразличен этот мир и его собственное состояние: пропади пропадом всё, кроме связи с Творцом – то такое состояние будет называться «праведник», «праведность и истина».

       Чтобы привести человека к такому решению относительно текущего и последующего состояний, нужно послать ему удар, выдернуть его из заведённого распорядка. И тогда внутри него разражается буря, которая и есть бедствие: сумбур, сумятица, безволие, нещадное отношение к миру, окружению – поскольку человек хочет полностью избавиться от предыдущего состояния. И, по завершении всех внутренних определений (“авханот”) на данной ступени, данном переходе, появляется следующая ступень, называющаяся «праведник».

       А затем этот праведник снова постепенно превращается в грешника, над которым возвышается следующая ступень. Мы учим, что даже на ступенях Святости (“мадрегот де-Кдуша”) отбросы Высшего становятся святыми для низшего, поэтому естественно, что понятия «грешник» и «праведник» приобретают различный смысл на различных ступенях: грешник Высшей ступени, её отбросы, становится праведником, «пищей» – на низшей. И так далее.

       То же самое происходит и при подъёме со ступени на ступень. Как я был доволен на предыдущем этапе тем, что пришёл к таким заключениям, таким свойствам, таким постижениям, такой связи с Творцом. Мне казалось, что я уже витаю в духовном, в Бесконечности, в слиянии, в объятиях Творца – таково было ощущение в моих келим, прекрасное, одухотворённое.

       Но постепенно всё становится обыденным, затем – серым, я начинаю ощущать недостаток наполнения, радости, пробуждения. Значит ли это, что данное состояние меняется? Нет. Просто мои сосуды растут и в этих растущих сосудах я ощущаю предыдущее наполнение уже не так, как прежде.

       Постепенно я подхожу к состоянию, при котором сосуды уже выросли, а прежнее наполнение осталось, и я должен просто-напросто выплеснуть из себя всё, чтобы получить наполнение в соответствии с новыми сосудами. Тогда приходит бедствие, т.е. «выплескивание» предыдущей ступени, и я поднимаюсь на следующий уровень.

       Тут снова возникает восторг: вот это да, какое чудо я приобрёл!.. Но сосуды опять растут и, начав ступень с чувства максимального наполнения, ты завершаешь её, ощущая совершенную опустошённость – потому что вырос.

       Таким образом, каждый раз, когда в своих ощущениях мы испытываем падение, на самом деле мы получаем новые келим, с помощью которых и поднимемся скоро на новую ступень. При этом само ощущение довлеет над человеком, сокрушает его и не даёт сделать что бы то ни было. Однако, по крайней мере, надо понимать, что таков порядок, что этим ты постепенно приобретаешь Тору.

       Написано: “Тора спасает и защищает человека и тогда, когда он занимается ею, и тогда, когда нет. А Заповедь спасает и защищает человека лишь в тo время, когда он выполняет её.” Даже если человек находится не в лучшем духовном состоянии, его предыдущий опыт, исполнение многих Заповедей оставили свой след и дают ему возможность продвигаться в том числе и в «плохих» – судя исключительно по ощущениям – состояниях.

       Если бы можно было взять человека и подсоединить к нему датчики со стрелками, то мы увидели бы, как опускается стрелка датчика его ощущений. Однако все остальные показатели указывали бы на противоположную тенденцию: поднимались бы стрелки датчика сосудов, датчика приближения к Высшей ступени, датчика продвижения к Творцу. Поднималось бы всё, кроме одной единственной вещи – ощущения.

       А поскольку мы всего лишь заложники своих ощущений, это действует на нас вплоть до крайности: «лучше было бы умереть», «мне уже ничего не надо» – ощущение господствует над ступенью. Но постепенно, на основе опыта человек обретает путь и даже во время самого большого падения – в подсознании (т.е. под ощущением) он всё-таки знает, что это пройдёт и что это ему на пользу. И тогда он уже не убегает, не может убежать.

       С другой стороны, не все ещё созрели, и если не поддерживать их или если душа ещё не совсем готова, то после нескольких таких встрясок, они падают и оставляют свои попытки: «Зачем мучиться? Этот путь так тяжёл и что ещё там мне перепадёт через несколько этапов...» Лучше пойти и закупориться в банке пива с футболом по телевизору, провести кое-как время и забыть o тoм, чтo существует духoвнoе...

       Рабби пишет об этом в предисловии к Талмуду Эсер а-Сфирот: «Бездумно плыть по течению вчерашней жизни». В этом «чудесная сила» («Сгула») всего мира: закрыть глаза на всё это и как-нибудь провести жизнь. Так вот, тому, кто не согласен терпеть эти бедствия, каждый раз превращающие грешника в праведника, единственное, с помощью чего можно продвигаться – нечего здесь делать.

       Человек должен сам развить в себе готовность к страданию, и тогда преуспеет. Бааль а-Сулам говорит об этом во всех своих примерах: о тех, кто рвётся к царскому дворцу; о еврее, пострадавшем от заместителя уехавшего хозяина – всегда речь идёт об ударах, иначе невозможно изменить злое начало в человеке.

       Вопрос: Что следует делать, когда приходит помеха: сопротивляться ей и попытаться опередить её, или сфокусироваться на ней?..

       Итак, что надо делать, когда тебя постигает бедствие? Клипа, злое начало, эго человека говорит: «Сиди без дела и терзай себя». Человеку кажется, что если он сильнее ощутит зло, сидящее в нём, то это пойдёт ему на пользу и он продвинется – чем больше будет страдание, тем лучше будет исцеление, вплоть до того, что заработает право на вход в духовный мир.

       Так говорит ему клипа и это неверно. Я не хочу сказать, что от такого отношения к плохому состоянию легко избавиться – но так уж происходит. Самое эффективное, что можно сделать в таком случае, это заняться чем-нибудь практическим, поменьше работая головой.

       Скажем, ты – начальник кухни. Я подхожу к тебе и говорю: «Дай мне какую-нибудь работу, что-нибудь почистить, прибрать...» И начинаю работать, ни о чём не думая, выключив разум, отсоединившись от него. Безо всяких ощущений – просто проводить время за чисткой картошки.

       И вот я чищу картошку и потихоньку начинаю задумываться – ровно настолько, насколько могу себе позволить. Я делаю это для того, чтобы исцелиться от плохого состояния, начать размышлять об обществе, о Творце, о своём отношении к происходящему – вследствие того и во время того, как чищу картошку.

       Я хочу использовать это в некоторой степени духовное действие – ведь я произвожу его ради общества – с тем, чтобы выбраться в более приближенное к духовному миру состояние. Пусть в начале у меня не было ни малейшего ощущения, ни малейшего проблеска, я был совершенно разбит, но посредством такой вот работы, к которой я начинаю присоединять мысль о том, зачем, для чего и почему оно того стоит – я могу выйти из этого состояния.

       Когда же я выхожу из этого состояния, это ещё не значит, что мир вокруг меня опять светлеет, всё сверкает, а я снова весел и испытываю хорошие ощущения. Нет. Возможно, я тут же получу ещё более сильные разочарования и удары, поскольку ещё не завершил предыдущую ступень. Но если бы я не почистил твою картошку, то растянул бы этот процесс на две недели. А так, получая удар за ударом, я выполняю различную подсобную работу и благодаря этому преодолеваю две недели за два дня, выигрываю время – и не только время, но и “авханот” (внутренние свойства, определения).

       Далее, есть и другие возможности что-то сделать, я не утверждаю, что надо приходить именно сюда и чистить картошку. Можно, например, пригласить товарища на пиво. Мы пойдём в какой-нибудь бар, посидим, попьём пива, поговорим и, благодаря этому, я включусь в его желание, в его видение жизни, в его цель – и этим выберусь из своего состояния.

       А у Ребе было принято почти каждый вечер устраивать маленькую трапезу: хлеб, порезанный лук, на него чуточку масла и чёрного перца, кружка пива и напиток: виски или бренди. Они пили «Лехаим», потом ели хлеб с луком и выпивали пиво; иногда пели какую-нибудь песню или просто сидели и говорили. Это также вытягивало их из «опущенного» состояния. Они, конечно, не говорили о том, как вытащить того или другого, об этом не говорят; но, сидя рядом с друзьями, человек, которому плохо, получает возможность включиться в них и немножко подтянуться наверх.

       Есть и другие возможности ускорить время. Мы не можем перепрыгнуть через удары, человек не в состоянии перепрыгнуть через падение, но он может ощущать это падение в течение нескольких секунд, вместо нескольких месяцев или лет, а это очень большая разница.

       Падение и исцеление могут так приблизиться друг к другу, что мы едва успеем их почувствовать. Допустим, у меня был в жизни период банкротства: я разорился и остался без имущества, вплоть до того, что нечего было есть. Восстановление заняло три-четыре года, после чего я снова стал нормальным и даже более, чем нормальным.

       Возможно ли разориться и вернуться к нормальной жизни за несколько часов? Это относительно неплохо и добиться этого можно с помощью правильного использования общества – того, что он называет свободным выбором. Вот, что, в сущности, мы можем сделать: не вычеркнуть падение, не приумножить подъём – но сжать время.

       Вопрос: Бывают плохие состояния и бывают состояния оцепенения, когда, к примеру, человек не может заставить себя пойти в гости, просто сидит, как замороженный...

       Если человек не может пойти на кухню или обратиться к другу, чтобы отвёл его попить пива, общество должно сформировать определённый распорядок, в рамках которого каждый будет обязан приходить сюда, скажем, раз в неделю на трапезу. Трапеза эта должна быть так спланирована и выполнена, чтобы каждый, кто находится в падении, смог чуточку приподняться.

       Я могу предложить ещё множество идей, но, за всеми этими премудростями, иногда приходят такие состояния, когда человек безусловно ничего не может сделать – для того, чтобы видел, чувствовал и не забывал, что сам он действительно ничего не может сделать. Иначе он этого не узнает. В нас должно быть записано всё. Нет умнее опытного.

       Человек должен пройти всё: и периоды, когда ничего не может сделать, и периоды, когда может дотащиться до кухни, и периоды, когда в состоянии вытянуть себя сам посредством того, что находится в его распоряжении – например, сесть написать статью, или перевести что-то, или заняться распространением. Каждая вещь должна быть занесена в наш список, «начертана на плоти». Помочь может только некоторая мера терпения и ничто другое.

       Бывают периоды, которые проходит вся группа в целом, они являются следствием соединения. Тогда группа становится как один человек. Почему ей дают совместно спускаться и подниматься?

       В праздники мы чувствовали общее приподнятое состояние, а иногда нам всем дают ощутить, каково состояние падения. И на отдельного человека, и на группу действует один и тот же закон, хотя в принципе группа построена таким образом, чтобы во всех состояниях поддерживать определённый средний уровень, так, чтобы каждый мог подсоединиться и впитать это от неё.

       Вопрос: Если вся группа целиком находится в состоянии бедствия, от кого она может привлечь силы, чтобы выйти из него?

       Группа может привлечь силы только от Творца. Только от Творца. Здесь необходимо истинное, сильное пробуждение к Творцу и если группа будет способна на такое...

       Вопрос: Состояние бедствия приходит на целую ступень или делится на несколько маленьких бедствий против данной ступени?

       Бедствие – это обида, досада на состояние, которое человек прошёл и с которым он не согласен. Это не значит, что он сам принял решение не соглашаться или не желать этого, а стремиться к следующей ступени. Просто, так в нём выходят решимот, определяющие это состояние, это ощущение.

       Я выполнял, осуществлял предыдущие решимот, как робот, вставая, приходя и уходя, исполнял различные функции, делал некоторые вещи, как бы наложенные на эти решимот с целью по возможности ускорить свою работу – и таким образом, реализовал предыдущее решимо в «животной» форме, подобно остальным, на 90 процентов. Весь мир реализовывает их на 100% «животно», а я – скажем, на 90% в «животной» форме плюс 10% от себя.

       Теперь пришло время раскрыться следующему решимо, следующей ступени. Так вот, переход от предыдущей ступени к следующей происходит в состоянии, называемом «бедствие». Я стал уже слишком большим для предыдущей ступени и она теперь называется «грешник».

       Человек есть следствие своего наполнения и моё предыдущее наполнение видится мне как «грешник», а следующая ступень, которую я сейчас приобрету, которая оденется в меня – как «праведник». В конечном итоге, мы – это одеяние на решимот, постоянно сменяющиеся в нас. А следствие этих решимот – наши действия.

       Вопрос: Как переход с одной ступени на другую связан с внешними рамками?

       Если человек оставляет внешние рамки (т.е. общество), то трудно указать один универсальный для всех случаев способ, однако иногда это помогает: пусть побудет один, вне группы, вне её влияния. Правда, это действует только в единичных случаях, потому что здесь кроется большая опасность – ведь у группы есть темп и она постоянно продвигается, увлекая за собой всех своих участников.

       Что означает выход из группы? На примерах каббалистов мы видим, что в таком случае они уходили в некое место, где скрывались совершенно одни.

       Прежде чем я начал ездить с Ребе, он ездил сам. Однажды мы приехали на собрание членов группы, которое каждый раз проходило по очереди у кого-нибудь дома, а поскольку они жили в разных местах, то мы разъезжали. Так вот, приехав в Тверию, где был и Ребе, мы подумали зайти к нему, сказать «шалом».

       Когда я подошёл к двери, которая была открыта, то увидел сквозь сетку от комаров, что он сидит на кровати и смотрит прямо на меня, не узнавая. Я видел, что он действительно нас не узнаёт и смотрит, точно спрашивает: «Кто вы?» Он был совершенно отключён от реальности. Я сказал: «Ребе, это я, Михаэль» и он не сразу ответил: «Кто вас сюда звал? Зачем вы пришли?» – как будто мы позволили себе нагло ворваться в его внутреннюю жизнь.

       Тогда мы отошли от двери, сели внизу на ступеньках, закурили и только через минут сорок он посмотрел через сетку, встал и сказал: «Ну так что вы здесь делаете?» Посмотрите, сколько времени заняло у него вернуться к реальности и сказать нам: «Привет, как дела, что вы здесь делаете» и т.д. Потом мы вместе устроили трапезу и всё было очень хорошо, он рассказывал чудесные вещи.

       Итак, если человек в процессе спусков и подъёмов уходит и создаёт ситуацию, в которой участвуют только он и Творец, то для этого стоит отделиться от группы. На самом деле, это обязанность и мы ещё будем этим заниматься. Но если он бежит от общества и попадает к каким-нибудь острякам, «в обществе насмешников сидеть будет»... Всё зависит от того, куда он попадёт.

       Откуда человек, который сидит тут и занимается, ничего пока что не понимая – может знать, что с ним будет, если он просто поедет отдохнуть на выхoдные? Это нужно семье, может быть, и ему самому – но здесь надо очень остерегаться. Если человек хочет выйти из группы, он должен подготовить для себя другое место, потому что невозможно полностью избежать внешнегo влияния. Это проблема.

       Вопрос: Как переход с одной ступени на другую сказывается на изменениях во внешних рамках, требует ли он изменений или каких-либо действий по смене функций?

       Нет. Смена внутренних состояний не связана с функциями в группе. Разве мы распределяем функции в соответствии с духовным уровнем человека?

       Вопрос: Мы говорим, что наслаждение в духовном вечно, а в материальном – преходяще. Здесь же создаётся впечатление, что и духовное наслаждение временно, сиюминутно.

       Я не знаю, о чём именно ты говоришь. Наслаждение – это наслаждение. Форма его ощущения, получения, форма самого наслаждения различны. Наслаждение ради отдачи вечно, потому что получается в сосудах отдачи (“келим де-ашпаа”), которые построены таким образом, что ты можешь всё время их увеличивать, и наслаждение не гасит желание.

       Наслаждение же, получаемое в сосудах получения (“келим де-кабала”), гасит желание, поскольку они противоположны друг другу. Вот, почему оно временно – а не потому что животное наслаждение низко и отвратительно, а духовное – наоборот.

       Такова природа келим: поскольку в уподоблении формы присутствует недостаток и его наполнение, постольку сосуды отдачи могут постоянно увеличивать друг друга, тогда как при намерении получать – наслаждение гасит желание. Например, когда ты ешь, то с каждым куском гасишь свой аппетит. Поэтому оно временно и не надо разводить здесь философию, мы видим это вокруг себя.

       Вопрос: Если общество – это инструмент, с помощью которого человек может выйти из состояния падения, бедствия, не значит ли это, что большое общество слабее маленького, потому что в нём ослаблены связи между людьми?

       Это очень тонкий вопрос – что эффективнее: большое общество или маленькое? Здесь присутствует противоречие. «Вo мнoжестве народа - величие Царя».

       С одной стороны, представь, что вместе с тобой ещё 10 человек будут преданы этой цели, а вокруг – весь остальной мир, которому совершенно нет до неё дела, который занят своими делами, живёт в благополучии и процветании; а ты со своими 10-ю товарищами, несмотря на то, что вы преданы цели и друг другу, будете находиться в постоянном внутреннем преодолении на пути к цели, в относительном страдании – и я не знаю, какие силы вам понадобятся для того, чтобы продолжить идти вперёд и не сломаться.

       С другой стороны, если большой мир, окружающий тебя, попал в беду и тоже ищет путь, постоянно попадая в тупики, то он начинает получать впечатления от Торы, которую ты ему предлагаешь – и это поддерживает тебя. Когда ты видишь, что всё новые и новые группы находят в этом опору – это поддерживает тебя. Я имею в виду психологический, а не духовный аспект.

       В духовном же: те келим, которые развивает мир, идя навстречу Каббале, Высшему, те группы, которые по крайней мере чем-то занимаются – духовно воздействуют на нас и поддерживают нас. . «Вo мнoжестве народа - величие Царя» – это не значит, что тебе легче смотреть на Царя, когда все на Него смотрят, здесь не только психологическая, но и духовная поддержка. Поэтому, чем шире группа или поддержка многих групп, тем больше нам это помогает.

       Вместе с тем, человек не может быть привязан к слишком многим – а только к небольшой горстке; и с психологической, и с духовной точки зрения. И в армии при создании отрядов коммандо людей сплачивают в маленькие группы; и вообще, в соответствии с духовным законом, человек и Творец – это единая, уникальная, совершенная система: каждый со своим Творцом.

       Одна душа напротив своего Творца, создавшего её, напротив своего корня. К этой связи никто не может присоединиться, потому что продвижение в духовном идёт от одной души к Одному Творцу, снизу вверх по линии, а не вширь, как у масс. Поэтому законы, распространяющиеся на одного человека, и законы, распространяющиеся на массы, противоположны.

       Как же нам лучше воспользоваться этими двумя силами? – Нужно использовать и то, и другое.

       С одной стороны, доводить информацию до сведения как можно более широкой публики. Что плохого, если на прошлой неделе в Бостоне, Сан-Франциско, Торонто, Малайзии, Китае и России во множестве ведущих газет были опубликованы статьи о нас? Что плохого в том, что человек прочтёт об этом?

       Я не говорю сейчас о человеческой гордости – это отвлечённое и, в принципе, духовное свойство. Я говорю о конкретных вещах: то, что об этом знают, даёт нам поддержку, действительно поддерживает наши силы. Даже если бы ты не знал об этом, это действовало бы на тебя по общим духовным законам реальности. Знание же об этом даёт тебе психологические силы, а также гордость. Поэтому мы должны позаботиться и использовать всё это.

       Ребе пишет, что “зависть, страсть и желание почестей выводят человека из этого мира”. Поэтому я должен использовать всё это, речь идёт о моих силах развития. Если гордость и почёт, которые я почувствую, помогут мне – то почему нет? Нам нужна поддержка широкого мира, как можно большая группа, пусть будет несколько миллионов.

       С другой стороны, для того, чтобы установить связь с Творцом, нам нужен отряд коммандо, маленькая горстка людей. И здесь мы подходим к состоянию, когда действительно не можем быть связаны с 80-ю товарищами, скоро мы будем говорить о том, как разделить их на меньшие группы.

       И тогда мы увидим, поможет ли нам это присоединиться друг к другу в группе, когда и в тяжёлые, и в хорошие моменты я связываюсь с участниками маленькой группы, чтобы получить помощь в падениях, в подъёмах и во всех состояниях, которые прохожу.

       Вопрос: Не легче ли человеку психологически привязаться к тем же людям, с которыми он близок духовно, по свойствам своей души?

       Если вне Каббалы я склонен присоединиться к таким-то людям исходя из свойств наших характеров, то должен ли я и духовно соединяться с ними, а не с другими? Это действительно имеет большое влияние.

       Я помню, что испытывал очень серьёзные проблемы в присоединении к ***. Мы оба нервные и приводим к таким взрывным ситуациям, что ничего нельзя поделать, хотя я хорошо его знаю, понимаю, уважаю и ценю, а он, в свою очередь, меня. Вместе же мы ничего не можем делать. Так или иначе, нужно принимать в расчёт всё. Посмотрим.

       Когда человек начинает ощущать товарища, его работу, преданность цели, стремление к ней – он видит его уже иначе. Я привёл самый крайний пример, и всё же мы были в одной группе, просто делать что-то вместе практически не могли. Это не значит, что я не могу себя побороть. Скажем, я пойду к нему работать и буду делать то, что он скажет. С другой стороны есть люди, под которыми я не могу быть, он сводит меня с ума, это вещи «животные» и, возможно, их надо принимать в расчёт.

       Вопрос: Народ Израиля переживает сейчас тяжёлый период. Можем ли мы помочь ему, как группа?

       Я не знаю, кто переживает тяжёлый период. Я вижу, что люди ходят по магазинам, развлекаются, ездят за границу. Я слышу, что и за границей евреи, слава Б-гу, неплохо устроены. Гибель нескольких сотен людей в год ещё не означает тяжёлый период – мне жаль говорить об этом, но это так. Во времена, когда царь Давид вёл войны, каждый день гибло 50 000 человек, и мы не считаем, что это был тяжёлый период.

       Тяжёлые времена измеряются не по телевидению, которое держит тебя в напряжении, потому что больше ему нечего делать, но по чему-то другому. Судя по развлекательным теле и радиопрограммам, по отношению народа, я не наблюдаю тяжёлого состояния. Ещё нет.

       Что можем сделать мы? Распространять науку Каббала. Как пишет Бааль а-Сулам, это единственное лекарство, которое может помочь и нашему народу, и всему человечеству. Больше нам нечего делать и не надо изобретать велосипед для спасения нации. Лучше вообще ничего не делать в этой сфере, чем придумывать неизвестно что, как все эти философы и политики.

       Нам нечего придумывать, кроме того, что говорят великие, достигшие Цели творения – о чём ещё тут можно думать? Твой вопрос – это не вопрос. Только распространение науки Каббала; помимо нашего личного продвижения, которое, кстати, тоже будет истинным, только если ты свяжешь его с народом, с пользой нации, с пользой распространения, с пользой человечества.

       Если у тебя получится, то нет ничего больше и эффективнее. Это единственная вещь, в которую мы должны вложить всё. Мы учимся, и пусть весь мир учит это - учит, как узнать Твoрцa.

Перевел: Олег И.

 

Jewish TOP 20