Духовный революционер

Беседа для ТВ «Гурман»-2

9 мая 2005 года

Содержание

Вопрос о смысле жизни

Духовные поиски

Встреча с Учителем

Начало раскрытия методики

Признание

Что мы знаем о каббалистах

О воспитании

О разбиении души и ее исправлении

Реализация программы творения

Жизнь каббалиста

Каббалу нельзя обратить во вред

Вопрос о смысле жизни

Я родился в небольшом белорусском городе Витебске в 1946 году. Мои родители были врачами. С детства, я задавался вопросом: «Для чего живу?» Подобные мысли, вообще, часто посещают нас в детстве, позже мы их просто подавляем и начинаем жить, как обычно, не задумываясь об этом. Может быть, оттого, что подсознательно чувствуем, насколько тщетно вообще поднимать этот болезненный, острый вопрос, на который мы не получим ответа. Он говорит, как ни прискорбно, о бессмысленности жизни. Только ничего не поделаешь: поневоле, как сказано, ты родился, поневоле живешь, поневоле умираешь. Не по своей воле... Поэтому люди этот вопрос в себе и заглушают. Я этого сделать не смог. Возможно, оттого и выбрал себе специальность по тем временам, очень новую – биологическая и медицинская кибернетика. Она занимается изучением существования живых организмов, моделями их поведения, его причинностью, рассматривает внутренние системы, алгоритмы, уравнения, по которым они работают.

Я надеялся, что в процессе образования получу ответ на свой вопрос, и рассуждал следующим образом: есть живой организм, я узнаю, как он устроен, найду формулу его поведения, и таким образом пойму смысл жизни, ее появление, зарождение, течение - причинность всего, что в ней есть, начало и конец. Благодаря этому мне станет ясно, как и для чего существовать.

Вопрос о смысле жизни исходил из ощущения внутренней пустоты, никчемности, в чем, как правило, человек боится признаться даже себе, и находит всевозможные занятия, «заигрывает» себя. Так вот, я «заиграть» себя не смог. Окончил институт, а ответа не получил.

Некоторое время я работал в Ленинграде (городе, в котором учился), в Институте переливания крови, где я принимал участие в нескольких небольших проектах, но, в принципе, уже видел, что наука вопросами о смысле существования не интересуется. Она просто не задается подобными философскими проблемами, а занимается сбором конкретной информации в своей области. Постепенно во мне накопилось такое недовольство и внутреннее напряжение, что я начал подумывать о том, чтобы перебраться в Израиль, предполагая возможность там найти ответ на свой вечный вопрос. Некоторое время мне в этом отказывали, но в 1974-м году мы с женой и двухлетним сыном выехали в Израиль.

Оказалось, что и в Израиле подобные мысли тоже никого не занимают, хотя биология и медицинская кибернетика здесь в то время развивались очень бурно. Только все это касалось сугубо практической стороны, я бы сказал, что процветали те области науки, которые могли принести конкретную и быструю выгоду.

Ввиду этих обстоятельств, я даже не пошел работать по специальности, то есть, мне не хотелось служить именно этой системе, так как она на свои механические исследования требовала полной отдачи сил. Я решил отказаться от всего от этого, оставить себе свободное время и освободить голову, для того, чтобы можно было в каком-либо другом месте все-таки поискать ответы на то, что занимало меня больше всего в жизни. Я начал свой поиск.

Духовные поиски

Мне сказали, что, должно быть, мои вопросы лежат в области веры. Я был, разумеется, как и все мы в те годы, абсолютным материалистом, и никогда даже не интересовался религией, меня она совершенно не трогала. Вера считалось, естественно, пережитком прошлого, но тут во мне проснулось любопытство, я начал понемногу читать и постепенно увлекся теологическими проблемами.

Только, надо сказать, увлечение мое было разумным. То есть, я изучал религию все с той же, единственной, целью – ради поиска ответа на мой вопрос о смысле жизни, но так и не нашел его там. Я начал встречаться с верующими людьми, расспрашивать их. Меня познакомили с несколькими выдающимися, якобы, философами из их числа, но я не обнаружил в них серьезного интереса к тому, что занимало мои мысли, по крайней мере, у них были на все готовые, простые и доступные ответы.

«Что дальше?» - думал я. Мне подсказали, что, возможно, стоит поискать в недрах самой веры. Есть внутри иудейской религии такая наука, такой раздел, который называется Каббала. Их очень мало, этих ученых-каббалистов, но если я их отыщу, то меня ожидает встреча с особыми людьми. Общаться с ними открыто остерегаются, их даже немного побаиваются, словом, сторонятся все – и верующие, и неверующие. Они существуют обособленно, отдельным образом, некой группкой, или вообще поодиночке, но уж у них-то, наверняка, есть ответы на все вопросы. Этим людям известны тайны жизни, творения человека, сотворения мира, его развитие и конец.

Мистика меня не привлекала абсолютно. Я хотел найти научный подход к пониманию своих вопросов, с точки зрения ученого-естествоиспытателя увидеть наш мир во всем его течении - от начала и до конца, бесконечное и конечное, как человек вписывается в эту картину, но, именно, увидеть, убедиться воочию.

Подобный интерес развился и возрос у меня еще сильнее под воздействием изучения поведения биологических объектов. Если мы рассматриваем любую биологическую клетку, начиная с момента зачатия и прослеживая ее дальнейшее развитие, то видим, насколько разумно она создана. Каким прекрасным мудрым образом природа творит и формирует организм. Все существует в чудесной последовательности, в бесконечно продуманном и сложном сочетании различных элементов. Это касается области, которую мы знаем и наблюдаем, а сколько из того, что находится внутри, нам еще не известно!

Мы только сторонние наблюдатели некоторых событий, внешние свидетели этих фаз развития организмов, но мы видим, как все там взаимосвязано, и нет ничего лишнего; до какой степени определено причинно-следственной связью каждое событие, и какова обратная взаимосвязь. То есть, внутри живой клетки существует величайшая мудрость, которая управляет ее эволюцией до того момента, когда из нее развивается цельный организм, допустим, человек, и далее. Можно с определенностью сказать, для чего каждая клетка в теле существует. Это огромный ансамбль, огромный...

Так вот, когда мы наблюдаем за жизнью клетки, а потом, за существованием целого организма, состоящего из бесконечного множества таких клеток, мы видим, что мудрая, все предусматривающая природа создала громадный чудесный комплекс, который самоорганизуется, поддерживает себя, развивается, живет. Но какова цель его существования? Вот этого-то мы и не знаем. То есть, понять жизнедеятельность каждой клетки, ее связь с остальными органами тела, для чего каждый орган существует, мы способны. Но для какой цели служит весь организм, зачем необходим такой огромный конгломерат систем - этого мы не понимаем. Для чего-то же ведь он существует?

Если природа предусматривает причинно-следственное развитие каждой части, то и целое должно для чего-то существовать. Должен же, очевидно, быть у нее какой-то замысел, объясняющий то, как этот организм, человек, пребывает в неком объеме другого, большего, организма, и находится с ним в гармонии. Только мы этого не наблюдаем, поэтому ответ на вопрос о смысле жизни, сводится, практически, к тому, чтобы узнать, в какую систему, еще большую, мы разумно, логически, гармонично включены, и почему это от нас скрыто? Если мы это узнаем, смысл нашего существования прояснится сам собой. Тем самым мы узнаем, для чего живем, откуда мы, зачем и как надо нам существовать.

Я прислушался к данному мне совету и пришел к каббалистам. Они начали меня смущать вопросами: зачем тебе это, да для чего? Я подумал, если они так поступают, очевидно, у них есть ответы на все вопросы, просто эта наука тайная и не открывается кому попало.

Я стал ходить от одного к другому, пытаясь различными способами подобраться к ним, оказывал разного рода услуги, чего только ни предпринимал. Они, на самом деле, оказались людьми совершенно обычными, и довольствовались самым малым. Сидят себе замкнуто, в очень скромных жилищах, семейные, и занимаются с утра до вечера лишь своей наукой. Хотя были среди них и такие, которые, напротив, везде себя рекламировали: кто они и чем занимаются, получая, при этом, соответствующие дивиденды и духовные, и материальные. Только с кем бы из них я ни имел дела, несколько лет (примерно, с 1976 по 1979 гг.) ушло на то, чтобы наладить более прочные контакты, хотя я видел, что мне не особенно это удается.

Все же я достаточное время занимался с некоторыми из них - по году, по полтора, для чего специально ездил из Рэховота в Иерусалим несколько раз в неделю. В результате своих занятий я все равно не видел, что приближаюсь к получению ответа на свой вопрос. Это были занятия даже не о структуре мира, его системе, о месте человека в нем, а некое отвлеченное изучение архаичных текстов, написанных несколько тысяч лет назад. По ним-то мы и занимались, что дало мне, конечно, некоторый определенный подход к проблемам, которые освещала Каббала, соответствующую основу для продолжения моих занятий.

Встреча с Учителем

Но однажды, зимним (это было в феврале) долгим дождливым холодным вечером мы с моим товарищем сидели в Рэховоте и занимались изучением каббалистических текстов, и вдруг мне пришла в голову мысль - просто взять и поехать в Бней-Брак. Это религиозный город, расположенный совсем близко от Рэховота, может быть, там мы найдем какого-то нового учителя, взамен всем этим учителям-каббалистам, у которых мы уже достаточно учились. Я уговорил приятеля, мы сели в машину и отправились в Бней–Брак.

Там нас встретил все тот же дождливый холодный зимний вечер. Было уже 8 часов. Прямо на перекрестке, при въезде в Бней Брак, я открыл свое окно и через улицу спросил первого встречного пешехода, стоящего у светофора: «Где тут занимаются Каббалой?» Он совершенно просто ответил: «Ты сейчас поверни налево, поезжай до плантации, напротив нее, находится большое здание. Заходи в это здание, там и занимаются Каббалой».

Надо сказать, что мой вопрос, вообще-то, был очень странным для Бней-Брака. Потому что там, среди верующих, никто не любил обсуждать эту тему, и отрицал свою связь с Каббалой, ее всячески сторонились, это первое. Второе, готовность случайного прохожего ответить подобным образом была, сама по себе, поразительна. Я незамедлительно последовал его совету.

Проехав километра два, мы увидели плантацию, напротив которой, действительно, находилось большое здание. Мы с товарищем зашли внутрь полутемного строения, заметили в маленькой боковой комнатке свет, постучались и вошли. В помещении, куда мы попали, сидело 5-6 стариков, на вид им было лет под 70, они учили что-то по своим книжкам. Белобородые старцы. Я спросил их немного нахально, чтобы не тратить попусту времени: «Здесь изучают Каббалу?» «Да, - говорит нам старший, который сидел во главе стола, - а вы что хотите?» «Мы тоже хотим изучать». «Ну, садитесь».

Мы сели тихонечко и сидим, а они продолжают заниматься. Мы, конечно, ничего не понимаем: они читают ЗОАР и объясняются между собой на арамейском языке, но так, что совершенно ничего разобрать невозможно, хотя мы немного все же понимали этот язык, на котором была написана книга ЗОАР. На нем написана и большая часть Талмуда, но в их произношении и то, как они между собой обменивались обрывками слов и, при этом, понимая друг друга, продолжали читать текст дальше, мы не разобрали ничего, хотя добросовестно просидели до окончания урока. После чего старший из присутствующих сказал: «Кто вы, откуда и что бы вы хотели?»

Я рассказал, кто мы, собственно, такие, и что желали бы, действительно, серьезно заниматься Каббалой. Я поведал старцу, где мы уже были, почти ничего не получили, и что я, в частности, совершенно этим недоволен, так как, со своей стороны, вижу – в Каббале, безусловно, что-то есть, судя по тому, какие краеугольные вопросы нашей жизни в ней затрагиваются. Только все ответы потом вдруг куда-то деваются, рассыпаются и пропадают.

«Хорошо, - говорит мой собеседник, - мы вас примем, это не проблема. Я вам создам такие условия, чтобы вы могли приезжать на занятия по вечерам. Вот он будет с вами заниматься, - и показывает на одного из своих учеников, человека, примерно, шестидесяти-семидесяти лет. - Его зовут Хилель. Приезжайте завтра, начнем заниматься».

Я не очень хотел ехать, но было как-то неудобно, к тому же, мой товарищ был человеком крайне щепетильным и убедил меня, что ехать необходимо.

На следующий день мы приехали, Хилель посадил нас за стол, сам сел напротив и начал читать. Причем, он выбрал тот каббалистический текст - «Введение в книгу ЗОАР», который мы уже не раз штудировали, пытаясь понять, но так и не смогли.

Хилель начал объяснять, и тут мы обнаружили, что происходит раскрытие. Потому что, действительно, передачу текстов, которые раньше мы изучали с другими каббалистами, или пытались разобрать самостоятельно, невозможно сравнить с подачей их в той системе, которая обнаружилась у этих каббалистов. Она была четкая, научная, строгая и абсолютно точно отвечала методологии, методике: вопросы и ответы, последовательность причинно–следственной диалектики развития. То есть, когда Хилель начал нам объяснять, мы увидели перед собой настоящего ученого.

С тех пор наши занятия сделались регулярными, мы приезжали 2 – 3 раза в неделю, а потом уговорили его заниматься с нами каждый день. Два месяца спустя, я обнаружил себя занимающимся там уже каждое утро. Потому что, как объяснили нам каббалисты, заниматься необходимо по утрам, приблизительно, с трех часов ночи. Сами они начинали свои занятия еще раньше, с полуночи, мы же приезжали к трем часам ночи и включались в их занятия, вплоть до шести часов утра. И так продолжалось каждую ночь.

Постепенно я сблизился с руководителем этой группы. Его звали Барух Ашлаг. Он был старшим сыном великого каббалиста первой половины двадцатого века Рава Ашлага, который написал и издал комментарий на все собрания сочинений Ари, представляющий собой большое, двадцатитомное собрание сочинений по всей современной Каббале, известнейшего каббалиста шестнадцатого века, а кроме того, комментарий на книгу ЗОАР.

Так вот, старший сын рава Ашлага оказался руководителем той группы каббалистов, куда нам посчастливилось попасть. Сблизились мы так: оказалось, что он нуждается в медицинской помощи, а я был связан с медициной, знал врачей и начал его к ним возить. Таким образом, само собой получилось, что мы с ним очень много времени, помимо занятий, проводили вместе, и постепенно, стали вместе заниматься еще и по ночам. Я сделался его помощником, секретарем, и даже, в чем-то, заместителем.

Спустя полтора года после начала моих занятий с ним, появилась возможность читать лекции по каббале для широкого круга молодых людей. Я подготовил такие лекции и привел к нему много новых молодых учеников – парней абсолютно неверующих, в возрасте от 20 до 30 лет. Организовалась довольно значительная группка, приблизительно, учеников сорок, из которых потом выросла уже серьезная группа новых каббалистов.

Затем, в 1983 году я написал свои первые три книги по каббале, находясь рядом со своим наставником. Мне удалось их издать, позже, в 1990-1991 гг. они были опубликованы и в России. Кроме того, я уговорил Баруха Ашлага писать статьи по духовной работе, потому что в этом была необходимость. Нужно было вести с вновь поступившими учениками занятия по возвышению, по проникновению в Общее Мироздание. Пользуясь тем, что, якобы, не знаю, как мне это им преподать, я начал его постоянно просить, даже, в некоторой степени, давить на него, и вынудил, таким образом, написать для меня инструкцию.

Эти разъяснения к моим урокам с новичками, которые он писал для меня каждую неделю, впоследствии переросли в статьи. В итоге, у нас появился пятитомник статей о работе человека над собой, о его медитации и самосовершенствовании, о внутреннем проникновении, созерцании, постижении, раскрытии той, невидимой, удаленной от нас, части мироздания, чем, в принципе, и занимается Каббала.

Так продолжалось много лет. У нас вошло в привычку, приблизительно с 1986 года уединяться ото всех, уезжать на 2-3 дня каждую неделю в Тверию. Это, примерно, в двухстах километрах от Бней-Брака и уединяться там, чтобы заниматься. Конечно, это противопоставило меня всем остальным, и тем, кто занимался с Барухом Ашлагом до меня, и тем, кого привел к нему я, но так уж сложилось, и продолжалось до его кончины.

В 1991 году он умер в больнице у меня на руках, оставив мне, как драгоценное наследие, свои основные работы, те, что он собственноручно записывал за своим отцом, при этом, никому никогда их не показывал и не публиковал. Эти работы остались у меня. Я их впоследствии издал, решив, что не имею права хранить только для себя.

С тех пор прошло уже много лет. В честь моего учителя каббалистическая группа, которая организовалась и следовала его методике, названа Бней-Барух (Сыновья Баруха). Мы продолжаем заниматься так же, как и раньше, неукоснительно следуя его методическим указаниям.

Начиная с 1991 года и по сегодняшний день, по нашим телевизионным каналам, при использовании различных видов масс-медиа, на уроках, лекциях, конгрессах, конференциях - везде, где только возможно, мы преподаем и передаем эту методику. Она, в принципе, является плодом упорных трудов отца моего учителя, Бааль Сулама, преобразованная, приближенная, адаптированная к нашему времени, эта методика существует благодаря именно той группе, которую я когда-то привел. На ней, главным образом, она и была отработана.

Начало раскрытия методики

Сейчас данная методика применяется не к отдельно взятой маленькой группе, а ко всему человечеству, чтобы раскрыть всем эту систему знания, и дать возможность тем людям, у которых возникает вопрос о смысле жизни, ее причине, как некогда у меня, получить ответ. Пусть они, как некогда и я, смогут, наконец, понять и осмыслить цель своего земного существования.

Конечно, с того дня, когда я пришел к моему учителю, миновало уже двадцать шесть лет, и прошло почти тридцать, как я начал заниматься Каббалой. В мире произошли огромные перемены, если, начиная ею заниматься, в 1976-1975 годах, я наталкивался на совершенное непонимание, на сопротивление, каббалисты боялись заявлять о себе открыто, то постепенно, в течение всех этих лет лед был сломан. Словно пелена упала с глаз людей, и сегодня все доступно, все готово раскрыться каждому, пожелавшему узнать структуру мира, его связи, его причины, его цели, свое место в нем.

Поэтому я считаю, что нашел себя, и мне посчастливилось быть учеником, я бы сказал, последнего из могикан. Все каббалисты в течение многих поколений, начиная от Адама, передавали свои знания от учителя к ученику по непрерывной цепочке, и каждый развивал их, добавлял к ним что-то свое, присущее его времени. Ведь каждый сорт душ, который нисходит в на