О МАТЕРИНСТВЕ И ВОСПИТАНИИ

Беседа ученого каббалиста Михаэля Лайтмана с преподавателями Академии каббалы Михаилом Санилевичем и Евгением Литварем

6 августа 2007 года

Содержание:

· Отношение человека к материнству

· Духовный корень материнства

· Страдают ли дети за грехи родителей?

· Свобода воли

· Как правильно воспитывать ребёнка

· Формирование у детей правильных желаний

· Надо ли медикаментозно подавлять гиперактивность детей

· Дети и наркотики

· Главное – это духовное воспитание детей

· Что такое Высший свет?

Отношение человека к материнству

Е. Литварь: Чем можно объяснить, что человечество, развиваясь на протяжении всей своей истории, становится злее, грубее, жестче и, тем не менее, отношение к материнству у всех народов, у всех культур, у всех религий - большое, серьёзное уважение? Откуда это берётся в человеке?

М. Лайтман: Это природное и от нас не зависит. Такое отношение к материнству передается через воспитание человека в семье. Его любовь к матери, и любовь матери к нему, защита, которую он получает от нее, потом переходят в отношения между мужем и женой. Муж видит в жене в какой-то степени мать, а она относится к нему не только как к мужу, но частично как к ребенку. Это все передается. Соответствие между полами очень сложное.

Но, кроме того, уважение к женщине обусловлено необходимостью продолжения рода, мужчина видит в женщине не только объект сексуального удовлетворения, а партнера для существования, жизнеобеспечения. Я говорю уже с эгоистической, с обычной, здоровой, животной точки зрения.

Мы знаем, как было в прошлые века: женщина была необходима для продолжения рода, для того чтобы был наследник. Выбирали ее по здоровью, по ее способностям к продолжению рода. Но даже при таком чисто потребительском отношении к ней, все равно, женщина всегда пользовалась уважением. Уважение передается от сына, который воспитывался у матери, и далее, потому что и в своей жене он видит в какой-то мере мать.

В качестве примера я приведу случай, который произошёл со мной. Я воспитывался как обычный мальчишка, но, правда, много читал и занимался в научных кружках, и видел себя ученым в будущем. Поступил в институт. На втором курсе у нас был профессор Свядощ, который потом выпустил двухтомник «Сексуальное поведение мужчины. Сексуальное поведение женщины». Он работал в Ленинграде в большой психиатрической клинике и преподавал у нас физиологию, психологию и анатомию. Своих студентов он очень любил водить по всяким медицинским учреждениям.

Мы изучали предмет биомедицинская кибернетика. Он нас водил по медучреждениям, поскольку мы, будущие биотехники, должны были знакомиться с медиками и с оборудованием. Мы много раз были с профессором Свядощем в его психиатрической клинике, в моргах («Ленинградский», против Витебского вокзала, большой морг), в роддомах. Потом, в роддоме № 4, я написал одну из своих работ.

Нас завели туда, девятнадцатилетних мальчишек, второкурсников (только-только), на роды, причем, роды очень тяжелые. Женщины там лежали сутками и не могли родить. В то время и лекарства, и оборудование были не на высоком уровне. Я имею в виду где-то 1965-ый год.

Когда я первый раз увидел эти роды, я настолько был потрясён, что у меня сразу же изменилось отношение к женщине, - я с уважением начал относиться к ней. Когда мужчина присутствует при родах, то это по-особенному им переживается. Еще в такие годы!

На меня ни морг, ни даже психиатрическая лечебница, где лежали и бегали вокруг тебя связанные люди с ужасными гримасами, не произвели такого сильного впечатления. Он специально нас водил в подобные закрытые отделения.

Но вот, что действительно произвело сильнейшее положительное впечатление на всю жизнь – так это восприятие того, как в муках рождается человек. Там действительно мы видели очень серьезные патологии: переднеплодное прилежание плода, и другие тяжелые случаи. Профессор Свядощ специально провел нас по такому отделению.

Я бы сделал это со всеми юношами! Я бы их провёл по всем таким местам: и по психиатрической клинике, и по моргу, и по роддому.

Кроме того, Свядощ нас водил в «Регистрационный информационный управляющий комплекс» (РИУК) – первый в России. Показывал, как делали операции на открытом сердце с использованием этого комплекса.

Он этим для нас очень много сделал, хотя совершенно не обязан был это делать. И я ему очень благодарен, потому что такая забота о том, чтобы показать нам на практике, как общество занимается людьми, как оно их восстанавливает, как оно их рожает, принимает в жизнь, как заботится о потерявших рассудок, как оно их хоронит, – четыре таких острых примера. Это очень здорово нас поставило: вся группа выровнялась сама по себе изнутри, и особенно, я сразу же почувствовал, прибавилось уважительное отношение к женщине.

Духовный корень материнства

Е. Литварь: Почему практически любая женщина, становясь матерью, даже если она не очень-то и хотела этого (допустим, пошла навстречу мужу или чтобы укрепить семью, или еще с какой-то целью родила), любит, холит и лелеет своего ребёнка. Имеются здесь духовные корни или это психологический фактор?

М. Лайтман: Мы видим то же самое у животных. Ничего духовного здесь нет. Абсолютно ничего! А почему должно быть что-то духовное? Почему вы привязываете это к духовному? Надо смотреть на человека, как на продукт природы, который находится в этом состоянии на животном уровне. Ничего духовного в нем нет.

Духовное – это то, что мы сами в себе можем взрастить, если у нас появляется к этому внутренняя потребность, так называемая «точка в сердце». Если в человеке не появляется такая точка в сердце, зародыш его будущей души, то тогда он – всего лишь животное, ничем от других не отличающееся, кроме, как немножко большей внутренней системностью, не более того. Так что, не надо в нем искать ничего сверхъестественного. У любого вида в нашем мире происходит то же самое.

Есть виды, которые, для того чтобы родить, умирают. Есть рыбы, которые идут на нерест, проплывая сотни, тысячи километров и после нереста гибнут. Это – природа, которая гонит нас вперед инстинктом, и мы тут ничего сделать не можем. Мы в нашей жизни действуем только под жестким давлением природы.

Посмотрите, как мы сидим, как мы разговариваем. Внутри нас происходит непрерывное вычисление – как нам лучше: так или эдак. Это всё природа, таким образом в нас взаимодействуют наши системы. И не надо в этом искать ничего духовного, сверхъестественного – машина!

Е. Литварь: Эта машина управляется по законам Высших миров? Или по законам этого мира?

М. Лайтман: По законам нашего мира. Это – животное тело. Но это животное тело на последнем его уровне (на уровне человек) подразделяется: на неживой человек, растительный человек, животный человек и человек человеческий.

У тех людей, которые дорастают до уровня человека в человеке, постепенно рождается точка в сердце, устремление к еще более высокому уровню. Тот уровень, уже действительно, «запредельный», находится выше нашей природы и на него с нашими «законами в лаптях», что называется, не влезешь. Там уже нужно работать над собой очень серьезно по определенной каббалистической методике. Но это все относится к душе, к духовной сути человека. А то, о чем мы говорим, относится к его животной сути, и в этом ничего сверхъестественного, особенного и духовного нет.

Страдают ли дети за грехи родителей

Е. Литварь: «Почему маленькие дети страдают за грехи родителей? И страдают ли они действительно за грехи родителей?»

М. Лайтман: Мы все родились с определенными свойствами, которых не выбирали, затем мы воспитывались у родителей, которых тоже не выбирали; которые воспитывались тоже в свою очередь у каких-то своих родителей и затем в яслях, в школах, в обществах, которые тоже не выбирали, а так уж оказалось; и поэтому мы получили наших родителей уже готовыми из того общества, которое их подготовило. И поэтому они, в свою очередь, воспитали нас таким же образом, а мы, в свою очередь, также будем воспитывать своих детей. И не на кого списывать грехи, кроме как на природу. И обвинять в этом совершенно некого – ни наших родителей, ни родителей наших родителей, никого.

Все мы являемся следствием непрерывного развития: постоянного, поступенчатого, причинно-следственного. И каждый человек в этом совершенно неволен. Нет свободы воли в нашей земной жизни на земном уровне – абсолютно некого винить. Поэтому забудем о том, что в нас плохого, что в нас хорошего от окружающих: родителей, воспитателей, первой учительницы, или от кого-то другого. Получил я это и всё – так написано на моей судьбе. Получил!

А вот что я сделаю дальше, если во мне сейчас возникнет вопрос: «А для чего я? Почему я? Зачем я? Есть ли какое-то у меня Высшее, большее предназначение, чем просуществовать и уйти из этого мира?». Если у человека возникает ощущение предназначения чего-то Высшего для себя, тогда он уже не обращает внимания на «откуда он», и «что он», и «как он». А должен сейчас же брать и использовать себя для достижения Высшей цели, которую он ощущает, как-то видит перед собой.

Поэтому, ни в земной жизни, когда мы развиваемся, нам нечего на кого-то пенять и оборачиваться назад, ни тем более в духовной жизни, если мы развиваемся, нечего обращать внимания на наши земные свойства. Все начальные условия даны, с ними и необходимо работать, никуда от этого не денешься. Почему? Этого все равно сейчас не узнать.

Каббалисты, выходя на более высший уровень, видят из него и наш мир, и Высший. Они могут по человеку видеть – откуда он, кто он, какое свойство души, почему такое-то тело появилось в нашем мире с такими-то свойствами, в таком-то обществе, с такими-то определенными заданными внутренними и внешними параметрами, чтобы затем в нем возникло устремление создать в себе душу, развить ее и при этом прослужить определенным образом всему человечеству. Это уже «высший пилотаж».

Свобода воли

М. Санилевич: Мы неоднократно затрагивали тему «свобода воли».

М. Лайтман: Она постоянно возвращается. Потому что, если есть свобода воли, тогда есть о чем говорить, а если нет, то не о чем и говорить. Что толку? Будем нормально существовать, в каждый момент времени, пытаясь извлечь для себя наибольшую, оптимальную пользу. Если есть свобода воли, – для чего-то она дана нам, для реализации какой-то особой цели, – тогда нужно выяснить эту цель и начать реализовывать свободу, и тогда в ней мы сможем что-то сделать. А если ничего не можем сделать – тогда остаётся спокойно прожить и все. Что поделаешь? Значит, человек ничем не отличается от животного. А потому выяснение свободы воли – задача краеугольная.

М. Санилевич: Получается, что человеку намного легче жить, если он знает, что в этом, в этом и в этом он вообще не свободен, а свободен в чем-то одном?

М. Лайтман: Конечно.

М. Санилевич: Если человек знает, что все болезни, неприятности, всё, что происходит с ним в жизни, он изменить не может, тогда зачем суетиться?

М. Лайтман: Наше земное существование дает нам практическую возможность прийти к такому выводу. Мы видим, что с чем большим количеством болезней с большим успехом мы боремся, тем с большим количеством новых и более тяжелых болезней мы должны иметь дело, то есть ничего не помогает. Мы видим, что простой «в лоб», что называется, способ улучшить нашу жизнь, как-то себя оградить от зла, приблизить добро или еще что–то сделать – ничего не даёт.

А свобода воли – это та граница, которая отделяет человека от животного. То есть, если человек, который в нас, находится под этой границей, он еще на животном уровне, если над этой границей - человек. «Человек» – то есть свободный. Вообще «Адам» в переводе означает «подобный Творцу» (от слова «домэ» – «подобие»). Поэтому человек, раскрывший для себя смысл человеческого существования в том, чтобы сделать себя подобным Творцу, подняться до уровня Творца, использует для этого все возможности, которые у него есть в этом мире, реализует себя, делает себя человеком. В этом и заключается реализация свободы воли. Все остальные действия, не направленные на подобие Творцу, не являются свободными ни в чем. Единственное, что мы не видим их явно и находимся в иллюзии свободы воли.

А насчет нашей жизни – когда разделяешь ее на ту часть, в которой ты что-то делаешь на самом деле, и на ту часть, которую ты видишь, что она от тебя не зависит, то на это есть очень красивая древняя молитва: «Боже, дай мне силы изменить то, что в моих силах. Дай мне разум не делать того, что не в моих силах. И дай мне просветление отделить одно от другого.

Отделить одно от другого - это очень много значит. Отделить там, где я не свободен, от того, где я свободен, понять, осознать, что там, где я несвободен, не надо этого и касаться, а вот там где я свободен – реализоваться.

М. Санилевич: Человек должен для себя сам выяснить, где он свободный и где не свободный?

М. Лайтман: А кто же еще за него может?

М. Санилевич: Человек с улицы выяснить это не может. То, что Вы говорите не доказательство для него.

М. Лайтман: Не может, потому что ни в какой школе его этому не научат. В каббалистической – да.

М. Санилевич: То есть он должен сам проверить и убедиться? Но это может занять всю жизнь.

М. Лайтман: Во-первых, а для чего еще жизнь, если не для этого: или существуй, как буренка, с красивым колокольчиком, или пытайся сделать из себя человека. Именно для этого и дана вся жизнь - от нуля и до твоего конца. А для чего еще?

Нечего думать о том, что это с сегодня на завтра ты решишь. Это повседневная реализация и доведение себя до уровня Творца. Причем, это, может быть, звучит нагло, фантастически, но это на самом деле так, – до абсолютно полного уровня Творца. Поэтому человек изначально так и называется человеком, что должен достичь подобия Творцу.

Теперь о том, как это делается. Только лишь чтением – изучением каббалы. Ничего больше не надо. Начинай с этого, а всё остальное ты найдёшь в книгах.

Никаких ограничений, никаких особых упражнений, тем более физических, никаких изменений в своей жизни ты не должен делать ни сейчас, ни потом. Под этим я тебе подписываюсь заранее. Ни один человек не должен ничего менять: ни профессию, ни семью, ни род занятий, ни религию, ни какие-то вкусы – ничего. Если каббала тебя изменит в чём-то, так это в твоем более серьезном, правильном отношении к жизни, вернее в её правильной реализации.

И тогда естественно, что ты будешь по-другому видеть себя, людей, мир, и немножко по-другому ко всему этому относиться, но зато внутри своей свободы воли, внутри своих внутренних открытий начнешь ощущать Высший мир, Творца. В мере подобия Ему, ты вдруг начнешь обнаруживать свою принадлежность, свою связь.

Е. Литварь: Мы поделили людей как бы на две категории: на "животных", на тех, кто стремится стать Человеком или уже стал Человеком.

М. Лайтман: Мы все в этой жизни в этом мире до того момента, пока у нас возникает вопрос о реализации свободы воли, вопрос «для чего и почему я живу» все являемся животными. "Животными" – это не ругательство, "животными" – имеется в виду автоматически существующими. Даже если нам кажется, что мы не автоматически существуем: «Ну, как же?! Я выбираю в какой институт поступить, где мне в будущем работать, с кем встречаться, как проводить время. Вот сейчас передо мной существует несколько возможных вероятностей – я могу или это, или это. Что я буду сегодня вече&