Стол Творца
Личность рабби Якова Ицхака "Йегуди", его образ жизни, его учение - всё это пришлось по душе рабби Мендлу. Он почувствовал подлинное родство душ с "Йегуди". Здесь, у рабби Якова Ицхака Мендл научился правильной пропорции между "работой в сердце" и работой разума" - пропорции между чувством и знанием. Новые друзья в Пшиске тоже пришлись по душе Мендлу. Это была группа лучших из лучших - у всех блестящий ум, все дерзкие, самостоятельные в решениях, знающие. Здесь были рабби Моше Аарон (Гаон из Котна), рабби Давид Ицхак из Пиотракова, рабби Ицхак, впоследствии ставший рабби из Верки, который был близок рабби Мендлу как брат, но в то же время их мировозрения были противоположны; рабби Ханох Гейнех, впоследствие ставший рабби из Александра. Здесь же Мендл встретил своего будущего рава - Симху Бунима, большого знатока Торы, человека с острым, критическим умом. Он был старше Мендля на 22 года. Тогда же и возникла между ними прочная связь, продолжавшаяся до самой смерти рабби Бунима.
В те времена, когда Мендл был ещё новичком в царстве хасидизма, его друг рабби Ицхак вернулся от праведника из Чернобыля. Мендл спросил его: - Что ты там видел, в Чернобыле? Рабби Ицхак ответил ему: - Я видел там стол Бааль-Шем Това (т.е. ему открылся путь Бааль-Шем Това).
Мендл сказал ему: - Ты видел стол, которому приблизительно сто лет (со времени кончины Бааль Шем Това), а наш ребби из Пшиски показывал нам стол, которому около 6000 лет. Он показывал нам стол Творца - Небо и Землю и Того, кто сотворил их...
Атмосфера у "Йегуди" была иной, чем у "Провидца из Люблина": здесь, в отличие от Люблина, не витали в облаках, здесь не были слышны рассказы о чудесах. Ученики не считали своего рава чудотворцем. Они дали ему имя "Золотой колос", подчеркнув этим, что ожидают от него не чудес, а совсем другого - что его действия будут чисты, подобно тому как золото чисто от примесей. Мысли рава должны быть чистыми, без греха, как золотой колос, в котором все чисто от примесей.
Однажды, в один из зимних дней по пути из Томашова в Пшиску, Мендл встретил телегу, полную хасидов. Он сел на эту телегу и уселся между ними. Мороз в этот день был страшен, а в кармане - ни гроша. Не сказав никому ни слова, Мендл сошёл с телеги на одной из промежуточных остановок и вскоре вернулся с бутылкой водки в руке, но без пальто. Из-за безденежья продал он пальто, подаренное ему богатым тестем, и купил вместо неё водку, чтобы развеселить сердца замёрзших хасидов, едущих к своему Ребе.