Вы находитесь здесь: КАББАЛА / Мир Каббалы / О науке каббала / Каббала и другие науки / О взрослении человечества

О взрослении человечества

Интервью профессора М. Лайтмана Т. Ашеру и О. Ялому
28 февраля 2006 года

Здравствуйте. Сегодня мы собрались ради беседы с профессором Михаэлем Лайтманом. Хотелось бы обсудить, что произошло в Аросе, что такое Совет Мудрецов? Как Вы попали туда?

M. Лайтман: Я занимаюсь наукой Каббала уже почти 30 лет. Впрочем, моя первая специальность, биокибернетика, и вообще кибернетика, теория познания и философия, которыми я занимался, образуют с Каббалой единое целое. Наука каббала занимается общим строением мироздания, включая так называемый «наш мир», то есть мир, данный нам в ощущениях, и ту часть мироздания, которая нашими чувствами не улавливается, но исследуется косвенно с помощью дополнительных инструментов.

Философия сама по себе произошла от Каббалы – так писал и знаменитый немецкий ученый-гебраист Райхлин, и великий философ и математик Лейбниц. Все они изучали и Каббалу, на это есть прямые указания в их произведениях.

Каббала говорит не только о строении иных сфер. В основном в Каббале ведется речь о том, как эти иные сферы воздействуют на нас, то есть о том, какие силы управляют нашим миром: имеются в виду не физические силы, которые мы можем раскрыть с помощью органов чувств или инструментов, являющихся их прямым продолжением, а силы, неподвластные нашему обычному восприятию.

Итак, каббала – это наука, и я написал достаточное количество книг по этой науке. У нас широкая сеть распространения каббалистических знаний, мы курируем многочисленные центры обучения по всему миру. Наша организация в целом представляет собой мировой научно-образовательный центр. Преподавание ведется на 27 языках. Книги издаются на 11 языках. Конечно, эта деятельность весьма заметна в мире, в том числе и в ученом мире. Каббала изучается на 1700 факультетах Европы и Америки, у специалистов большой интерес к Каббале, в первую очередь – к настоящей Каббале, а не к тому набору амулетов и вспомогательных пилюлек, который часто выдают за Каббалу.

Я читаю курсы лекций в американских университетах и встречаюсь с учеными на международных конференциях. Я вхожу в члены содружества «Мудрецы Мира» (World Wisdom Council). В декабре мы провели встречу в Токио, в феврале – встречу в Аросе, в Швейцарии, и через месяц у нас состоится встреча в Дюссельдорфе (Германия). После этого намечается конференция в Торонто и затем, очевидно, у нас в Израиле.

Таким образом, мы постоянно общаемся и собираем вокруг себя все большее количество ученых разных специальностей. Они подключаются к нам в зависимости от темы конференции. Темы бывают разные, но все они, в общем-то, устремлены к разрешению глобального кризиса, в котором человечество поневоле оказалось. Мы хотим знать его источник, его причину и возможные выходы из него.

Вопрос: На основании чего делается вывод, что нынешняя угроза цивилизации чем-то отличается от всех предыдущих?

M. Лайтман: В прошлом не было никакой угрозы. Угроза цивилизации – это ведь не какая-нибудь космическая угроза, это не астероид, который летит к нам и грозит масштабными разрушениями. Как выясняется в последнее время, это даже не экологическая и не демографическая угрозы, хотя после предсказаний Мальтуса и согласных с ним демографов, именно они на протяжении десятков лет держали человечество в страхе.

Дело в том, что проблема может иметь пугающие проявления в экологии, в демографии, в том напряжении, которое возникает сейчас между цивилизациями, но при этом сама проблема и пути ее решения находятся на совершенно другом уровне. Проблема ощущается нами на земном уровне, но решение ее – совсем другое, оно находится намного выше. Кризис заключается не в том, что происходят какие-то пугающие сдвиги: кризис наук, кризис в экологии, кризис в демографии. Настоящий кризис – в отсутствии понимания того, как нам дальше вести себя с миром и обществом. Даже серьезные экономические программы мы не можем сегодня прогнозировать на много лет вперед, как это делалось раньше.

Вопрос: Почему?

M. Лайтман: Потому что система вышла из-под нашего контроля. Мы не понимаем, как она развивается. Все очень быстро меняется: меняются специальности, меняются технологии, меняется весь мир. Все его части взаимозависимы, все он влияют друг на друга. Мы обнаруживаем себя, с одной стороны, зависимыми друг от друга, а с другой стороны – неспособными ужиться друг с другом, договориться, смириться или просто найти «золотую середину» в человеческих взаимоотношениях.

Это касается человека с точки зрения его семейных отношений: кризис семьи. Это касается человека с точки зрения его отношений с самим собой: депрессии, влекущие за собой наркотики, алкоголизм и все прочее. Общество разделено, хотя интеграция связывает нас воедино, едва ли не вталкивает всех в одну маленькую деревню. А мы при этом не в состоянии жить в согласии и мире даже с самими собой – что уж тогда говорить о согласии с другими.

Человеческий эгоизм возрос настолько, что глобализация и растущее ощущение взаимозависимости приводят нас в плачевное состояние. Мы не знаем, как с этим совладать. Если еще несколько лет назад нам казалось, что мы сможем выработать решение проблем на экологическом, социальном, демографическом уровне, сможем оказывать помощь голодающим странам или регионам, то сегодня это уже не работает.

Сегодня мы поняли, что это совершенно непродуктивно и не ведет к Цели. Даже более того: такие псевдорешения препятствуют движению вперед, настраивают против. Ты помогаешь населению, а в итоге выращиваешь людей, которые тебя ненавидят, потому что ты ставишь их в зависимое положение. Образование тоже ничего не дает. Миру сегодня не нужны люди – ни образованные, ни невежественные. Один человек способен прокормить тысячи, один человек создает сегодня такое количество оборудования и всего остального, что мы просто не понимаем, как себя в этом новом мире вести.

Исследуя прошлые этапы нашего развития, понимания природы и общества, ученые тоже приходят к выводу, что решение, очевидно, располагается на много более высоком уровне, чем методы, которыми мы сейчас владеем. Решение следует искать не на уровне государств, не на уровне отношений в семье или социальных изменений. Здесь не помогут большие деньги, здесь может помочь только одно: какой-то инструмент согласия между людьми.

Никогда раньше человечество не сталкивалось с такой ситуацией. Раньше проблемы решали с помощью войны, с помощью мира, с помощью дотаций и репараций, то есть сугубо технологическими методами. Сегодня мы обнаруживаем, что это не работает. Сегодня нужно взрастить в людях уважение, любовь, понимание важности других, научить воспринимать других как своих попутчиков, соотечественников, землян – просто как своих родных, потому что все мы – одна семья на маленьком земном шаре.

Мы видим, что к этому дело и идет, а вот внутренне, этически, морально мы к этому не готовы. Более того: наш эгоизм начинает властвовать над нами с такой силой, что отнимает у нас разум. Здесь не работают даже обычные системы сдерживания, логики, дипломатии. Кризис – это прежде всего кризис в отношении человека к себе и к миру, а не кризис в науках или в экологии. Кризис – внутри нас. Люди, которые это понимают, начинают искать решение, однако его не найти в наших философиях и системах социальных наук.

Поэтому мы обращаемся сегодня к древним учениям: в них заключена большая мудрость, забытая за многие века технологического развития. Мы надеемся найти разрешение современного кризиса в древней мудрости. С точки зрения современности «науками» эти учения назвать нельзя, потому что они не подпадают под понятия эмпирики и четкого инструментального владения опытом. Это более чувственное проникновение в природу, дающее непосредственное ощущение ее сил и воздействий.

Одним из таких древних учений является Каббала. Она лежит в основе многих наук, в том числе в основе современной философии и этики. Это видно из древних источников и высказываний философов и ученых: определенные рецепции каббалистической мудрости можно найти у Платона и Аристотеля, Ньютона, Райхлина, Лейбница и до наших дней. К каббале привлечено сегодня большое внимание. Причем это внимание не ширпотребное, не то массовое внимание, которое видело бы в Каббале возможности творить чудеса, управлять судьбой, наговаривать или лечить. Этого в Каббале нет. Каббала – это в первую очередь раскрытие человеком устройства мира, то есть наука о том, как мы воспринимаем мир, каким мы можем его воспринять объективно, вне искажения нашими чувствами, мыслями и желаниями.

Именно к этой настоящей Каббале устремлено сегодня внимание значительного круга ученых во всем мире. Когда я выступаю на международных научных конгрессах, я всегда нахожу заинтересованных слушателей.

Вопрос: То, что Вас слушают ученые, вполне понятно: каждый выдвигает какую-то свою концепцию, другие ученые его слушают. Но вот такой жизненный вопрос: должны ли мы менять сегодняшний образ жизни? И если да, то должны ли мы меняться – каждый из нас?

M. Лайтман: Каббала говорит, что прежде всего мы должны понять, в каком мире мы существуем. Кто мы такие? Что представляет собой окружающий нас мир? Каким образом мы с ним связаны? Что значит существование до рождения, после смерти, вне тела? Что существует, если не я наблюдаю якобы существующее, если нет людей, которые наблюдали бы его через свои глаза, уши и другие органы чувств? Как бы это выглядело? Относительно кого? В первую очередь нам нужно просто понять, где мы и что мы.

Когда человек воспринимает эту картину и углубляется в нее (а именно к этому нас сегодня и призывает действительность), он, конечно, меняется. Но эти изменения происходят в нем вместе с ростом внутреннего осознания и возвышения, отождествления себя с чем-то более глобальным и вневременным. Человек начинает понимать природу как текущую вечно и начинает видеть себя во всех ее трансформациях, а не только в течение этой короткой жизни.

Естественно, у человека меняются перспективы и ценности, и в соответствии с этим он по-другому себя ведет и чувствует. Однако все это не касается обычной жизни. Он остается обычным гражданином и членом семьи. Он по-прежнему работает и существует, но его отношение к себе и окружающим, естественно, меняется. Это происходит изнутри, ни в коем случае не насильственно, а лишь потому, что он начинает лучше понимать мир.

Вопрос: Вследствие чего происходит это изменение? Что человек при этом делает?

M. Лайтман: Он ничего не делает. Каббала – это наука, которая говорит, что человек должен разобраться, что он и где он. Больше ничего. Все остальное происходит в нем по мере постижения. В первую очередь каббала является наукой о постижении мироздания. Все остальные – лишь приложения. Изменение отношения к себе, к нашему миру, наукам, искусствам, к людям, к поступкам, к устройству нашей жизни являются следствием постижения мироздания.

Вопрос: Вы сказали, что эгоизм возрос в последнее время. Однако принято считать, что эгоизм как раз уменьшается. За тысячи лет, в течение которых существует Каббала, люди действовали очень эгоистически: народы завоевывали и уничтожали друг друга, и по общему мнению как раз это считается явным проявлением эгоизма. Вы, наоборот, говорите, что тогда эгоизм был в зачаточном состоянии, а сейчас он увеличивается. Что именно увеличивается? Как это проявляется в современном мире?

M. Лайтман: То, что первобытные люди или древние народы уничтожали в рукопашных боях по сто тысяч человек за день войны, а сегодня это делается не такими кровавыми методами, и, может быть, с намного меньшими потерями, ничего еще не говорит об уровне эгоизма.

Под эгоизмом мы понимаем не отношение людей друг к другу, а активное нежелание человека соединиться с остальными людьми в единое целое. Именно это называется эгоизмом. И, наоборот, альтруизм означает, что человек изнутри себя, от сердца, по собственному желанию действует так, чтобы ощущать других как часть самого себя. Именно этого требует от нас природа.

Природа альтруистична и абсолютно добра. Природа, создавшая жизнь из любви к нам, требует от нас подобного же отношения к ней. Мы должны прийти в состояние равновесия с природой, в состояние гомеостаза. Пока мы не достигнем его, мы будем страдать. Желание достичь гармонии с природой и называется альтруизмом. Соответственно, эгоизм – все, что этому противодействует.

Наши земные определения «эгоизм» и «альтруизм», может быть, не совсем подходят как термины. Их смысл состоит не просто в добром отношении одного человека к другому, а в нацеленности на слияние с общим альтруистическим законом природы. Просто доброе и хорошее отношение к людям заставляет воспринимать мир как хороший и думать, что он полон хороших идей и действий, но в итоге он становится все хуже и хуже.

Только действия, сознательно направленные на соединение с другими людьми и уподобление единому закону отдачи, который является законом природы, могут свидетельствовать об альтруизме человека.

Вопрос: Возьмем для примера первобытного человека. Он объединялся с себе подобными до тех пор, пока это было ему выгодно, и, соответственно, образовывал племя. Племя не объединялось дальше в большие группы людей, потому что это им было не нужно. Эта группа жила в согласии с природой, то есть, получается, была альтруистичной?

M. Лайтман: Дело не в этом. Дело в том, что человек естественно развивается потому, что в нем развивается его эгоистическое желание. И рядом с желанием, ради достижения желаемого, развивается разум. Развитие человека целиком основано на экономике. Если маленькая семья могла себя прокормить и защитить, она оставалась маленькой, а если не могла, то становилась большой. По мере развития технологий (производство пищи, пахотные земли, разведение и приручение животных) возникали иные социальные сообщества. Но это основано не на любви и дружбе, а исходит из экономических предпосылок.

Вопрос: То есть Вы разделяете сознательное альтруистическое людей друг к другу и вынужденное, когда их просто жизнь заставляет.

M. Лайтман: История человечества, с точки зрения Каббалы, выглядит чисто экономической историей, то есть зиждется на постоянно растущем естественном желании себя наполнять, наслаждать, добиваться безопасности, насыщения. Именно возрастание желания отличает нас от животных.

Животные не меняются ни в течение своей жизни, ни из поколения в поколение. Человек в течение своей жизни меняется: рождается ничтожным, маленьким, слабеньким и становится взрослым, сильным, понимающим. Животное же остается практически на одном и том же уровне: через несколько дней после рождения оно уже имеет все свойства, присущие взрослому животному.

Что же развивается в человеке? В человеке развивается и постоянно растет его эгоизм. Эгоизм вызывает потребность в наполнении, которая и диктует человеку его развитие: это и орудия труда, и орудия защиты и нападения, и все прочее. Та же эгоистическая потребность диктует и социальные формы. С одной стороны, я как эгоист желал бы быть один, но, с другой стороны, я знаю, что я один не проживу. Значит, поневоле происходит балансирование между тем, чего бы я хотел, и тем, что я могу себе позволить. Эти факторы – они и определяли в течение истории социологию и экономику общества.

Вопрос: Можно сказать, что технический прогресс последних двухсот лет сильно стимулировал развитие человеческого эгоизма…

M. Лайтман: Наоборот! Эгоизм первичен. Именно он стимулировал все остальное, и этот эгоизм растет экспоненциально. Поэтому мы видим, что для больших исторических перемен требуется все меньше времени: сначала это занимало тысячи лет, затем – сотни, затем – десятилетия, а в наше время огромные перемены происходят за какие-то годы. Сегодня за два-три года меняются специальности. Человек должен постоянно учиться. Огромные перемены происходят во всем. Мы к этому еще не привыкли, но жизнь уже идет в соответствии с тем, что в нас находится. Наш разум, наше восприятие немножко отстают от того, что есть, от того, что природа вызывает в нас и что природа вызывает извне на нас. Мы находимся между этими двумя воздействиями: внутренним природным и внешним природным, и чувствуем себя некомфортно.

Вопрос: Именно этот экспоненциальный рост эгоизма послужил причиной раскрытия Каббалы? Правильно я понимаю?

M. Лайтман: Да. Еще в «Книге Зоар», написанной 2000 лет назад, говорится о том, что к концу ХХ века Каббала раскроется людям. В течение двадцати веков она скрывалась от людей.

Вопрос: Там есть точная дата?

M. Лайтман: Точной даты в самой «Книге Зоар» нет, но многие каббалисты во все времена указывали на ХХ век как на особый. Об этом писали рав Кук и Бааль Сулам, Рамхаль, Ари. Гаона из Вильно указывал 1995 год. Бааль Сулам указал на этот же год как на год раскрытия Каббалы за 50 лет до его наступления. Я начал серьезно заниматься Каббалой у своего учителя в 1979 году, и это были очень спокойные времена. Лишь начиная с 1995 года вдруг пошла волна интереса, и с тех пор она только нарастает.

Вопрос: «Спокойные» времена в плане политики, экономики?

M. Лайтман: Нет, «спокойные» в том смысле, что никто этим особенно не интересовался, не было вокруг каббалы никакого ажиотажа, и, естественно, не было спекуляций под именем Каббалы – типа продажи напитков или амулетов. Все совершенно спокойно текло, почти так же, как в прошлые века. Была заинтересованность, но она была спокойной.

Люди приходили в каббалу, будучи направленными изнутри, в них ощущалась эта потребность. Однако не было еще общего ажиотажа, никто не говорил, что Каббала спасает от всех бед: у меня проблемы с супругом, у меня проблемы с детьми, кто-то на меня что-то наговорил, на меня сваливаются неприятности, и все это Каббала объяснит и исправит. Под воздействием постоянно множащихся проблем люди стали искать спасение в древних науках и методиках и в том числе и в Каббале.

Вопрос: Что, по-вашему, произойдет с этими людьми дальше? Разочаруются ли они через некоторое время в Каббале как средстве решения своих проблем?

M. Лайтман: В Каббалу приходят два типа людей. Одни – это те, кому нужно обязательно узнать, в чем смысл жизни: «Мне тяжело, мне плохо, но я хочу в этом разобраться», – то есть люди серьезные. С одной стороны, они приходят не потому, что желают наполнить свой разум философски: у них есть проблема и с самими с собой, и с миром – проблема внутренняя, чувственная, с некоторой депрессией, отрешенностью, пустотой. Но они понимают, что это нужно уравновесить, что с этим нужно серьезно разобраться.

Вопрос: Я так понимаю, этот тип людей существовал всегда?

M. Лайтман: Этот тип людей всегда существовал, их было, конечно, меньше, чем сейчас, и каббалисты их очень жестко отбирали. Сейчас этой системы отбора нет, и доступ открыт для всех.

Второй тип людей – это народные массы, которым просто тяжело жить и которые ищут методы решения собственных проблем. Их не интересует ничего глобального. Каббала – это, в принципе, теория и практика познания мироздания. Их это не интересует.

Естественно, человека нельзя ни в чем винить, он так устроен и, может быть, постепенно он и разовьется. Но поскольку перед такими людьми стоят мелкие бытовые проблемы, и они немедленно хотят прийти к их решению, то, естественно, в Каббале ответа не находят. Зато находят ответы у тех, кто заявляет, что он каббалист, и начинает под этим видом продавать им всевозможные психологические решения проблем: красную ниточку повяжи – тебе будет легче, возьми талисманчик или святую воду, загадай что-то, помедитируй, и этим ты себя спасешь и исправишь свое состояние. Это психологически помогает.

Мы понимаем, что означает такой метод лечения. Он издавна существует в человеческой среде. Это известный эффект плацебо, когда люди выздоравливают и излечиваются от тяжелых болезней, потому что мобилизуют в себе силы веры. Этим пользуются врачи, психиатры, психологи. Но к Каббале это отношения не имеет.

Я думаю, что эти люди постепенно все-таки дозревают. Они убедятся, что все это им не помогает, не является истинным решением проблемы. Хотя им и становится лучше, проблемы, в принципе, остаются. Эгоизм тем временем растет, и проблемы возникают еще более глубокие. Это, в итоге, приведет их к Каббале. Я считаю, что это просто постепенное взросление человечества. Сегодня оно возвращается как бы к средневековью, возвращается к своим древним состояниям...

Вопрос: В каком смысле «к средневековью»? По внутреннему состоянию?

M. Лайтман: «К средневековью» означает, что человек начинает вдруг верить. Через сотни лет мы вдруг снова возвращаемся к тому, что было раньше: мы верим в потусторонние силы, воздействующие на нас, верим, что можем управлять судьбой с помощью заговоров, проклятий, заклинаний. Я считаю, что это увлечение указывает на стремление человека оторваться от технологий, от современной медицины, аллопатии, от всего того, что не дало нам ответа...

Вопрос: То есть, некоторое разочарование и откат?

M. Лайтман: Да, откат, необходимый для того, чтобы пересмотреть свое отношение к миру и прийти к новому мировоззрению. И по дороге случаются вот такие «проверки»: «А не это ли является ключиком спасения?» Но я думаю, что эта тенденция уже угасает. Люди начинают понимать, что это не более чем кратковременное увлечение.

Следующая волна, я надеюсь, приведет людей к настоящей методике познания себя и природы и к пониманию того, как сделать нашу жизнь действительно счастливой. От этого человек никуда не денется. Это заложено в природе, в том, как она воздействует на нас, к чему нас ведет. Мы обязаны будем достичь полной гармонии с ней.

У природы, в общем-то, одна цель – привести человека к гармонии с собой, уподобить его себе. На этом подобии основано все существующее, то есть неживая, растительная и животная природы. Они находятся в равновесии с общим законом природы – с законом отдачи. Они инстинктивно выполняют все, что требует от них природа. В них заранее заложены определенные задатки, в них автоматически возникают определенные потребности, и они автоматически их удовлетворяют: здесь нет свободы воли, а присутствует чисто автоматическое решение проблем. Поэтому в природе нет зла, нет добра, нет эгоизма, нет альтруизма.

Мы отличаемся от животных именно нашим сознанием. Это дополнение к животной телесности и определяет человека. Следовательно, мы должны понять, как существуют неживая, растительная и животная природа в гармонии с общей внешней природой и так же настроить себя на нашем уровне, на уровне «человек».

Исходя из животного уровня, мы видим, что, будучи сама в себе эгоистичной, любая клетка, функционируя внутри тела, подчиняется его законам: она полностью аннулирует себя и реализует себя тем, что выполняет задачи организма в целом. Клетка делает только то, что требуется телу – вплоть до того, что если тело дает ей команду умереть, она умирает и выходит из организма. Что клетка выигрывает от того, что аннулирует свой эгоизм и работает исключительно на потребности тела? Этим она возвышается с животного уровня до уровня человека, потому что начинает участвовать в процессах, благодаря которым существует человек.

Если мы начнем взаимодействовать на нашем человеческом уровне как единое целое, как единый организм, частными клетками которого каждый из нас является, мы начнем ощущать весь этот организм. И глобализация ведет нас именно к этому, от этого никуда не денешься. Это нужно делать вопреки разъединяющему нас эгоизму. И вот если мы правильно соединим между собой эти две противоположные силы, мы вдруг обнаружим, что они вовсе не являются противоположными.

Вопрос: Простите, какие противодействующие силы?

M. Лайтман: Противодействующие силы – это наш эгоизм, с одной стороны, и сила природы, глобализация, с другой. Сила природы вынуждается нас быть вместе, а наш эгоизм устремляет нас к разобщению. По мере работы по сопоставлению этих противоположных сил мы вдруг обнаружим постижение общего Высшего закона природы, стоящего выше нашей животной эгоистической составляющей и выше внешнего альтруистического давления глобализации. Тогда мы обнаружим себя существующими на ином уровне, в ином формате, в совершенно ином пространстве.

Вопрос: Каждый по отдельности должен сделать это внутри себя, или это будет проявлено как-то?

M. Лайтман: Это проявляется совершенно явно в слиянии с вечным совершенным течением природы, которое человек постигает внутри себя. Он к этому адаптируется, ассоциирует себя с этим, сливается с этим, и его животное тело перестает играть ту функцию, которую играло раньше. Оно существовало, практически, лишь для того, чтобы человек приподнялся над ним посредством разума и осознания природы и своего «Я». Когда человек это делает, для него существование в этом теле далее смысла не имеет.

Именно к этому состоянию должна привести нас природа, причем привести всех – все человечество как единое целое. Наука Каббала говорит о том, что эта программа начинает реализовываться на нашем поколении, и с нашего поколения в течение ближайших лет ее реализация должна быть завершена.

Вопрос: По поводу альтруизма: Вы сказали, что клетка, которая начинает работать на весь организм, выигрывает. Как только она начинает понимать, что она выигрывает, это перестает быть альтруизмом, а становится эгоизмом более широкого формата.

M. Лайтман: Вы правы. Общий эгоизм тела – это альтруизм клетки, с одной стороны. С другой стороны, мы все-таки говорим сейчас на животном уровне, а не на уровне человека. Есть неживой, растительный, животный уровни и уровень человека. Но даже по растительному уровню мы можем увидеть, что альтруизм является необходимым для жизни условием. Неважно, на каких уровнях это происходит, но это необходимо. Причем альтруизм здесь, естественно, не тот, которого должен достичь человек. Человек должен достичь альтруизма, стоящего выше природных сил, действующих в его животном теле.

Вопрос: Я, кажется, начал понимать. Проблема у меня лично была в том, что альтруизмом у людей называется просто доброе отношение к себе подобным, а отдача – поделиться последней рубашкой, и так далее.

M. Лайтман: Нет. Мы даже убеждаемся, что это вредно.

Реплика: Вы называете альтруизмом желание слиться с более высокой системой.

M. Лайтман: Во имя соединения с более высоким уровнем, ради существования всех нас на более высоком уровне, требуется слияние с остальными, и такие действия относительно остальных называются альтруизмом. Если это не предусматривает более высокого уровня развития и общего подъема, то это тот же эгоизм. И этим эгоизм клетки в теле отличается от того состояния, которого достигаем мы.

Кроме того, мы видим, что любые наши действия не имеют успеха, если они не направлены на существование на более высоком уровне осознания. Человечество много раз пыталось создать альтруистические общества: и в России, и в израильских кибуцах. По всему миру есть маленькие деревеньки, население которых пытается это сделать. Но мы видим, что в итоге это не получается, несмотря на искреннее желание участников процесса. Причина в том, что природа с этим не согласна заранее.

Вопрос: Они не получали никакого нового качества, которое позволило бы им продвинуться?

M. Лайтман: Да. Мы убеждаемся даже в том, что никакая взаимопомощь, если она не преследует цель более высокую, не приводит ни к чему хорошему. Один из примеров – интеграция мусульманской цивилизации в европейскую… Мы видим, что из желания быть добрыми по отношению друг к другу проистекает лишь взаимная ненависть: сталкиваются ментальности, цивилизации, сообщества, между ними нет общей платформы. Должна иметься общая Высшая цель, и она должна совпадать с той, что была заранее предусмотрена для нас природой. Мы не должны выдумывать целей, иначе все закончится революциями и больше ничем.

Вопрос: Новое состояние, к которому, как Вы говорите, человечество должно прийти, еще не проявлено. Вы на него указываете, но Вы не можете показать его реально.

M. Лайтман: Да. Дело в том, что человек должен это состояние найти – найти из своего внутреннего роста. Показать его нельзя, потому что мы просто не увидим это состояние сегодняшними эгоистическими чувствами. Я не могу увидеть внутреннее состояние человека, даже если он находится на таком уровне развития, поскольку чтобы понять, осознать и как-то ассоциироваться с этим состоянием, я должен быть на его же уровне.

Вопрос: Можно ли построить группу людей, которые служили бы моделью?

M. Лайтман: В принципе да. Есть закон подобия частного общему. Мы можем строить такие группы, и мы пытаемся это делать. Я думаю, что это и дальше будет развиваться именно таким образом. Не все одновременно приходят к осознанию кризиса и пониманию, в чем он состоит. Многие все еще думают, что он располагается в совершенно иной области. Кроме того, все люди разные, все принадлежат к разным формациям, буквально разным цивилизациям, обладают разными ментальностями. Имеются и религиозные границы. Поэтому, естественно, что процесс этот может быть только постепенным.

Однако всем известен факт, что если где-то на земле начинается какое-то движение, то во всех остальных местах начинает пробуждаться то же самое. Желаем мы того или не желаем, мы представляем собой единый организм.

Вопрос: Мне это напоминает перенасыщенный раствор соли, в который бросили кристаллик. Начинается лавинообразная кристаллизация.

M. Лайтман: Кристаллизация, да. Я думаю, что этот процесс уже пошел. Начнется он с маленьких групп. Такие группы существуют уже во многих странах мира: группы, сформированные вне зависимости от национальности, расы, религии, пола. Это группы, которые просто занимаются самопознанием. Поэтому международные конгрессы и конференции, которые мы устраиваем, привлекают большое количество людей. Я надеюсь, что движение это будет шириться и, в итоге, мир увидит выход из кризиса.

В России своя специфика. Я знаком с работами российских ученых, которые прекрасно понимают тему. Я думаю, что осознание кризиса и его причин в России является довольно мощным, но пока еще не широким.

Вопрос: Они понимают проблему, но не понимают, в каком направлении продвигаться, чтобы ее разрешить.

M. Лайтман: Я и сам не представляю, как можно эту проблему глубоко осознать самостоятельно. Я поражаюсь, насколько они это понимают, дойдя до этого своим путем. Мне это понятно из Каббалы. Я открываю древние источники, я читаю, что там написано, я вижу картину сегодняшнего дня, и эта наука объясняет мне все происходящее. Мне не надо десятки лет пребывать в мучительных поисках, чтобы понять, что сегодня происходит с миром.

Структура мироздания и силы, воздействующие на нас, нашу Вселенную и наш социум, уже описаны. Но я поражаюсь, как человек может дойти до этого самостоятельно, а они доходят и понимают. Они как бы с обратной стороны подходят к тому барьеру, к которому я подхожу с точки зрения Каббалы. И вот сегодня мы встречаемся и понимаем друг друга. Мне зачастую еще трудно объяснить на русском языке глубокие каббалистические понятия, потому что адекватных терминов у нас пока нет. Терминология еще требует разработки. Разработка пограничной методики тоже остается пока проблемой.

Вопрос: В каком смысле «пограничной»?

M. Лайтман: «Пограничной», то есть лежащей на стыке каббалы и других наук. Каббала говорит о нашем мире примерно то же, что и ученые. Выводы у нас одни и те же, и далее мы должны вместе идти в реализацию. И вот здесь ученые зачастую требуют доказательств, которые, в общем, земному человеку предоставить не возможно. Когда объясняешь все это чисто логически – да, вроде бы правильно. Но все-таки когда нет четких графиков, таблиц, которые исходили бы из привычного для нас эксперимента, когда нет статистики, которая была бы понятна любому грамотному современному человеку, сталкиваешься с некоторым непониманием, осторожностью, с отдалением и отчуждением. И это естественно. Над этим мы сейчас работаем в сотрудничестве со многими учеными и мы надеемся, что нам действительно удастся произвести хороший стык. Он произойдет в любом случае, но если над ним специально не работать, он может произойти только через еще несколько лет больших страданий, когда эгоизм будет служить причиной еще больших проблем и вызывать общественные напряжения.

Вопрос: Сейчас они еще не воспринимают, когда Вы говорите: «В Каббале есть решение»?

M. Лайтман: Лишь малая часть ученых воспринимает это. Но дело не в том, что воспринимает. Дело в том, чтобы реализовывать это дальше. И здесь нужно действительно садиться и начинать изучать строение мироздания, человека в нем по совершенно иным источникам, совершенно в ином ключе. Изучение – это процесс, который сразу же начинает изменять человека. Он не требует от человека каких-то особых действий, медитаций, постов, то есть физических действий.

Вопрос: То есть, не будет ломки всех установок?

M. Лайтман: Да, тебе не нужно ничего принимать на веру. Каббала – это наука, но наука своеобразная: ты должен расфокусировать зрение, которое настраивал в течение десятков лет своей ученой жизни и которое позволяет тебе видеть в нем проявления всевозможных законов и связей. Теперь их нужно увидеть по-другому. Ты должен расфокусировать свое зрение, и когда ты полностью освобождаешься от стереотипов и просто смотришь совершенно независимо ни от чего – пустой ты, и ты ничего не собираешься видеть, – именно тогда ты и начинаешь видеть.

Нечто подобное происходит, когда приходишь в Каббалу из науки. Я помню, как я в свое время делал эту расфокусировку, и мне это было, естественно, непонятно и неприятно. Это не меняет течения жизни человека, но это все-таки ломка его представлений.

Вопрос: По какой причине человек может пойти на такую ломку?

M. Лайтман: Если это серьезный исследователь, то он пойдет на это.

Вопрос: А уровнем пониже: просто думающий человек, но без особой мотивации?

M. Лайтман: Если нет мотивации, к этому не придешь. Это серьезная наука, она делает из человека новое существо, создает в нем чувство, которое вводит его в иное измерение, в те силы, объемы, объекты и образы, которые существуют сейчас вокруг нас, но нами не улавливаются – ни нами, ни нашими инструментами.

Конечно, у нас есть задатки, позволяющие прийти к ощущению этих сил и этих измерений. Там не существует обычного течения времени, не существует пространства, каким мы здесь его себе представляем. Можно сказать, что это пространство, находящееся выше скорости света, где время превращается в ноль, а место сжимается в точку.

Кстати говоря, у древних каббалистов так и сказано: истинный объем мира находится над скоростью света. Это еще Рамбам писал в XII веке.

Вопрос: Получается, что мы знаем считанные проценты мироздания?

M. Лайтман: Конечно, мы знаем ничтожную часть настоящего мироздания. Но самое главное: мы не знаем его информационную часть, то есть то, что управляет нами.

Вопрос: Не знаем, откуда приходят импульсы, воздействующие на наш мир?

M. Лайтман: Да. Так вот, для того чтобы заставить себя пройти этот период обучения и внутренней самонастройки, требуется большое желание.

Вопрос: Я вижу здесь противоречие. С одной стороны, Вы говорите, что Каббала дает общее решение для всех народов, а сейчас Вы говорите, что это очень специфическая вещь для отдельных людей, что это серьезная наука.

M. Лайтман: Но этих специфических людей сегодня уже тысячи и десятки тысяч, и с каждым днем их становится все больше. Человек должен стать Человеком. Ему природа не позволит оставаться животным. Возьмите племена, до недавнего времени неизвестно в каком виде существовавшие. Я даже не скажу, что они существовали плохо. Они жили в своем мире, им было хорошо и гармонично. Сегодня в них взрывается эгоистическое желание, которое срывает их с места, вытаскивает из маленьких деревень, бросает неизвестно куда.

Это бурное развитие эгоизма все равно заставит людей прийти к необходимости выхода из животного существования и подъема на уровень «человек». Но если мы заранее распространяем эти знания, предлагаем, обучаем, адаптируем их к современным людям, к их языку, к их ментальности; с помощью обычных земных наук начинаем показывать здравость древних учений о мироздании, то этим мы сокращаем страдания человечества.

В итоге, конечно, это все равно закон природы, его нельзя изменить, и мы рано или поздно все равно придем к нему. Но если мы сможем сделать это не путем страданий, а путем подъема человеческого сознания, то, конечно, это предпочтительней.

Вопрос: Что такое «закон природы»?

M. Лайтман: Закон природы – это единый принцип, в соответствии с которым природа нас создала, посредством которого она нас развивает, а также цель, к которой она должна нас привести. Этот закон называется законом абсолютного добра. Изначальный смысл и замысел творения. (Сейчас, кстати, и физики говорят, что Вселенная им представляется Мыслью, Замыслом.) Так вот, общий замысел природы имеет только одну суть – добро. Именно исходя из этой мысли и создалась природа, то есть уже развившиеся неживой, растительный, животный уровень и сейчас развивающийся уровень человеческий.

Когда человек разовьет себя до такой степени, что ощутит это добро, то есть когда под давлением сил природы, которые на самом деле толкают его к абсолютному добру, к комфортному, вечному и совершенному состоянию, человек дойдет до осознания добра, он обнаружит себя и всю остальную природу гармонично связанными в единую систему. При этом животная, растительная и неживая части природы как бы втягиваются в человека и вместе с ним поднимаются на тот же уровень ощущения и осознания существования.

Вопрос: Мне трудно понять, что такое «абсолютное добро». Добро всегда имеет направление: я кому-то делаю добро. Абсолютное добро – это добро, одновременно направленное на всех?

M. Лайтман: Нет. Абсолютное добро – это мысль, создавшая творение, то есть эгоистическое желание, и подталкивающая его к тому, чтобы оно стало равным этой мысли. Абсолютное добро завершает свое действие тем, что приводит первозданный эгоизм и все его части (неживую, растительную, животную и человеческую) к себе, к уровню существования, которое называется добром.

Вопрос: Где во всем этом глобальном процессе добро для меня лично?

M. Лайтман: В этом глобальном процессе вы играете самую решающую роль. Когда мы говорим о существовании на неживом, растительном, животном уровне, в том числе и на нашем животном уровне (имеется в виду человеческое тело, то есть наше существование вне знания о Высшем уровне добра), то мы не говорим о свободе воли, о том, что мы разумно существуем. Мы существуем под воздействием внутренних генов. Сегодня, вообще, говорят, что нами руководят одни только гены, что все предопределено.

Вопрос: Как говорится, инстинкты плюс воздействие среды?

M. Лайтман: Да, и они всё решают между собой. Человек, оторванной от постижения Высшего и от трансформации к этому Высшему, никто и ничто. Его вообще, как такового, нет. Поэтому природа не принимает человека во внимание, пока он не начинает серьезно относиться к себе как к обязанному постичь Высшее существование. До появления в человеке этой потребности он лишь автоматически задействуется природой. Поэтому сегодняшние кризисы, как и все те кризисы, что мы прошли за тысячелетия истории, являются лишь ударами природы, с помощью которых она гонит нас «палкой к счастью».

Вопрос: И наша реакция на них?

M. Лайтман: И наша реакция на них тоже была невольной, автоматической.

Вопрос: А другие части природы?

M. Лайтман: Абсолютно такое же отсутствие свободы воли, что и у человека. Тут возникает, естественно, вопрос: что с человека тогда спрашивать, если у него нет свободы воли? Ничего…

Вопрос: А в чем разница?

M. Лайтман: На самом деле, с человека ничего и не спрашивается. С него начинает спрашиваться только тогда, когда ему дается побуждение к духовному развитию.

Вопрос: Может ли такое побуждение существовать в других частях природы? Или только у человека?

M. Лайтман: Только у человека. Только у человека, потому что в других частях природы нет ощущения настоящего, прошлого и будущего, нет осознания того, что «я живу». Сознание намертво связано с функционированием биологического тела.

Вопрос: То есть можно сказать, что без самоосознания нет духовного продвижения?

M. Лайтман: Нет.

Единственное, что я очень осторожно использую слово «духовное», потому что оно, как и слово «Каббала»…

Реплика: Сильно дискредитировано уже.

M. Лайтман: Да.

Вопрос: А почему другие учения, тоже духовные, не могут предложить это человечеству?

M. Лайтман: Каббала – это тоже не духовное и не религиозное учение, она не имеет отношения ни к одной религии, в том числе и к иудаизму. Каббала – это учение, возникшее в Древнем Вавилоне, когда человечество, как повествует сказание, действительно представляло собой одну маленькую семью. И когда впервые в человечестве скачкообразно возрос эгоизм, люди не смогли сосуществовать друг с другом, и появилось то, что называется Вавилонской башней. У них впервые возникло противоречие между собственными устремлениями и природой.

Если до этого человек боялся природы и пытался изменить себя, чтобы соответствовать природе, автоматически искал с ней сближения и слияния, то возросший эгоизм в корне изменил его тактику. Человек решил, что он может защититься от природы силовыми методами, и начал внутренне ограждать себя от нее. При этом человек остается эгоистом, ему не надо никому подчиняться, а сам для себя он строит технологическое окружение – искусственную природу, включающую в себя государственное и политическое устройство, способное его защитить.

Человек развивает науки и искусства, стремясь стать большим и сильным. Это и называется строительством Вавилонской башни: «достичь неба» и властвовать, вместо того чтобы соединяться и сливаться. Это был первый ответ человечества, населявшего тогда Междуречье, на вызов возросшего эгоизма.

В то время существовал один язык и одна философия жизни. Оттуда и пошло древнее учение Каббала, утверждающее, что мы одна семья и обязаны пребывать в любви друг к другу – тогда мы сможем подняться с природой над нашим миром, то есть над нашим животным существованием и станем равными вечной и совершенной природе. Когда древнее человечество не смогло правильно ответить на этот вызов эгоизма, Каббала скрылась.

Раскрывается она только в наши дни как методика правильного реагирования на вызов эгоизма. После тысячелетних поисков в науках, технике, искусствах, социальной жизни, человек удостоверился, что это не приносит ему счастья. Сегодня мы находимся под руинами Вавилонской башни, оплакивая пять тысяч лет ненужного развития.

Вопрос: Можно сказать, что это был пятитысячелетний цикл опробирования всех возможных решений?

M. Лайтман: Да.

Вопрос:И эти поиски практически закончились?

M. Лайтман: Да. Но они были необходимы. Дело в том, что именно сейчас этот метод нам снова необходим. Не пройти весь предыдущий путь мы не могли, потому что иначе мы бы не смогли развиваться с маленьким эгоизмом. Сейчас мы можем расти, но уже не с помощью эгоизма Вавилонской башни, а выше него: понимая, что такое эгоизм, мы можем подняться над Вавилонской башней эгоизма с тем, чтобы достичь уровня «Человек», сливаясь между собой как клетки одного организма. «Человек» на арамейском и иврите (арамейский язык – это разговорный язык Древнего Вавилона), называется «Адам», от слова «доме»: «подобен» Высшей силе. До этого состояния нам нужно дойти.

Вопрос: Скажите, как Вы относитесь к такому явлению, как «этноцентризм», когда каждый народ любит сам себя. Как Вы видите общество будущего? Что будет происходить с культурами, что будет происходить с национальностями?

M. Лайтман: Каббала описывает это довольно подробно. Дело в том, что разделение и удаление людей друг от друга необходимо. Деление на расы, национальности, народы, ментальности и цивилизации, которое сложилось в течение истории, было необходимо. Когда будет достигаться соединение, именно на этом разделении проявится мощь соединения, возможность подняться над ним, сохраняя различия, ничего не подавляя и ничего не уничтожая. Сейчас задача состоит в том, чтобы, сохраняя уникальность человека, народа и цивилизации, объединиться в единое целое с природой на основе взаимной отдачи.

Религиозные, национальные, этнические и ментальные отличия еще будут проявляться. Это только начало последней стадии эгоизма. Все различия надо сохранять; нужно уважать особенности каждого. Тот, кто уничтожает хотя бы малейшее проявление индивидуальности, уничтожает возможность человечества выявить еще одну особенность в постижении великого закона общего добра. Именно над противоположностями строится Высшее постижение.

Поэтому в будущем останутся те же религии и те же особенности, но они будут проявляться в связи с общей целью. В семье, когда люди любят друг друга, не мешают никакие естественные противоречия: ни половые, ни расовые, ни национальные. Если над этим есть понимание, любовь, общая цель, то различия, наоборот, дают какие-то дополнительные качества, проявления. Так говорит Каббала.

Вопрос: Может ли быть так, что принцип Высшего добра будет реализован, например, только в западной цивилизации или только в восточной – не во всем человечестве, а лишь в какой-то его части? Можно ли реализовать его частично?

M. Лайтман: Можно реализовать и частично, и об этом тоже говорит Каббала: нужно сначала создать маленькое общество, в котором будут все элементы будущего мирового сообщества – так, чтобы не надо было ничего добавлять, когда к нему будут присоединяться новые группы. Такое маленькое общество можно строить, но надо его строить из людей, уже находящихся на соответствующем сознательном уровне.

Вопрос: Известный американский социолог Циони говорит, что для построения общества будущего каждому государству пойти на какие-то уступки. Как Вы к этому относитесь?

M. Лайтман: Каббала не говорит ни о каких уступках. Уступки в нашем мире хороши до поры до времени: в какой-то момент ты уже чувствуешь, что тебе выгодно не уступать, а вернуться к своим первоначальным требованиям.

В каббале совершенно другая методика. Здесь действует методика присоединения к Высшему уровню. Поэтому если ты уступаешь, ты уступаешь в собственном эгоизме, чтобы подняться на более высокий уровень. Ты не уступаешь мне или другому человеку. Мы вообще друг с другом дела не имеем. Мы вместе поднимаемся и сливаемся на Высшем, а не на земном уровне. Поэтому земные взаимоотношения определяются только после того, как люди начинают сцепляться между собой на Высшем уровне, где все мы представляем и всегда представляли собой единое целое. У Циони совершенно неверная философия.

Вопрос: Считаете ли Вы, что необходимо объединение государств?

M. Лайтман: Государства тут ни при чем. То, что разделение государств произошло именно таким образом, не говорит о том, что именно так должны объединяться между собой группы людей. Мы говорим о человечестве.

Можно сказать и так: в человечестве и внутри каждой национальности или каждой цивилизации есть совершенно разные группы людей. Мы не видим их такими, потому что заранее их разделяем: это – мусульмане, это – христиане, это – западные, это – восточные. Если мы будем смотреть на людей через другую призму, то увидим совершенно другую картину. Мы увидим, кто из всего человечества относится к определенной группе. Как в нашем теле есть сердце, почки, печень, желудок, мозг, так и по всему человечеству практически равномерно распределены как бы представители этих органов. И быть может, они будут собираться вместе и будут чувствовать, кто ближе, а кто дальше, то есть объединяться не по религиозным, национальным или расовым признакам, а совсем по другим. Будет возрождаться общий язык, общее понимание, осознание. Глобализация уже ведет нас к этому: Интернет и строящаяся вокруг него культура потихоньку начинает окружать мир. Так что мы к этому подготовлены.

Кроме того, у человечества есть еще одно очень интересное свойство: около 10% людей являются природными альтруистами. Это люди, которым плохо от того, что плохо человечеству, – так они устроены. Это альтруистический ген. Ничего общего с тем альтруизмом, о котором мы говорили, он не имеет, потому что тот альтруизм является сознательным, он сознательно строится над эгоизмом в процессе изменения внутренней сути человека. А это природный альтруизм, эгоистический альтруизм, если можно так сказать.

Однако эти люди уже готовы на объединение и какое-то самопожертвование. Мы видим их деятельность в нашем мире. Причем, эта цифра - 10% населения земли остается неизменной на протяжении всей истории человечества, воспроизводясь из поколения в поколение. Общий рост эгоизма на них не отражается. Это заготовка со стороны природы, некое подспорье, и мы еще не знаем, как оно проявит себя в будущем, возможно, созданием маленького общества, прообраза будущего человечества.

Вопрос: Вы говорите, что необходимо объединение альтруистических сил. Не совсем понятно, как могут объединиться такие разные организации, как Amnesty International, «Друзья Земли», «Гринпис», «Международный комитет Красного Креста»? У них, в общем-то, разные виды работы.

M. Лайтман: Я, кстати говоря, сталкивался со многими из них. В рамках наших конгрессов мы встречаемся и с представителями ООН. Дело в том, что когда эти организации начинают осознавать, что их деятельность не приносит плодов, когда доноры, поддерживающие эти организации миллиардными суммами, начинают видеть, что работа этих организаций не приносит практически никаких результатов, возникает вопрос о пересмотре всей доктрины. Сейчас намечается очень серьезный пересмотр работы альтруистических организаций.

Вопрос: Вы сказали, что в материальном мире человек не должен поступаться ничем, чтобы перейти к альтруистическому состоянию. Почему же люди сопротивляются? Почему они не готовы? Что их удерживает? Ведь ни государство, ни каждый отдельный человек ничего не проигрывает.

M. Лайтман: Человек всегда поступает исходя из требований своего эгоизма. Существует эгоистический порыв, и именно благодаря ему человек движется к науке, искусству, технологическому развитию, медицине, просто к семейной жизни, к рыбалке, к футболу. И таким же образом он в итоге своего развития должен прийти к Каббале.

Поэтому мы не озабочены тем, чтобы заранее привлечь человека, мы не ждем в нетерпении, когда он, наконец, станет большим эгоистом, поймет, что вся его жизнь – сплошная пустота, начнет искать и придет к нам. Это не от нас зависит, это законы природы, ее течение. Единственное, что мы можем делать – это распространять просто сведения о том, что существует знание, которое дает человеку решение вопроса о смысле его существования на земле. И если у человека возникает эгоистический импульс на таком уровне, что земная жизнь перестает его устраивать, что он понимает, что ничего впереди нет: наркотики, террор, развод, самоубийство, что в этой жизни нет самореализации, тогда он приходит к Каббале.

Наша задача состоит в том, чтобы человек заранее знал, что есть такое учение, чтобы он сразу же нашел для себя эту методику. Но мы никак не воздействуем на человека. Мы желаем, чтобы в пассивном виде методика находилась недалеко от него.

Вопрос:Как глобальная сеть информационной поддержки?

M. Лайтман: Да. Это то, над чем мы работаем. Поэтому нас не интересует религиозная, национальная или государственная принадлежность человека. Мы не выходим искать людей. У нас абсолютно пассивная образовательная система, не предназначенная для ловли людей. Невозможно поймать человека: что ты будешь с ним делать дальше? Он не почувствует никакого отклика. Нельзя научить насильно. Поэтому к нам приходят только те, кто желает. Если эгоизм у этого человека действительно развился до нужного уровня, он остается.

Вопрос: А двери должны быть уже открыты?

M. Лайтман: Да. Задача нашей организации именно в том, чтобы по всей земле бесплатно распространялась необходимая информация доступном виде: на СD, в Интернете на всех языках, в виде фильмов и так далее. Для этого наша организация и работает. Информация доступна абсолютно бесплатно.

Вопрос: Но ведь кто-то все равно должен за это платить. Кто за это платит?

M. Лайтман: За это платят члены организации во всем мире, которые работают на обычных работах и отчисляют десятину. Это соответствует закону Каббалы. Человек должен отдавать на развитие человечества и его подъем к Высшей цели десятую часть своих доходов. На это мы и реализуем свои программы.

Вопрос: Чем учеба в вашей Академии отличается от учебы в университете? Я знаю, что есть и университетские курсы по каббале.

M. Лайтман: Конечно, у меня дочь заканчивает сейчас университет, начинает писать докторат по Каббале. То, что изучается в университете, изучается не применительно к человеку. Изучается возникновение Каббалы, ее история, основные источники. Это обычная наука о каком-то историческом феномене. Никто из ученых не собирается применять это на себе, никто из них не находится на эгоистическом уровне, необходимым для того, чтобы востребовать Каббалу для себя. Пишутся диссертации типа «Влияние каббалистов средневековья на такие-то процессы в таком-то обществе в такой-то стране».

Вопрос: Как философия?

M. Лайтман: Да, это чистая философия. Это философский факультет.

Вопрос: Можно сказать, что они изучают не Каббалу, а что-то о Каббале?

M. Лайтман: О Каббале, да. И 1700 факультетов в мире изучают каббалу точно так же. Когда я приезжаю, допустим, в Америку с циклом лекций, они предъявляют мне естественные претензии: «Все лекторы, кроме Вас, читают Каббалу как науку, а Вы читаете ее как личную методику». Я обычно отвечаю, что занимаюсь антропологической ветвью Каббалы. Конечно, в академической среде это еще не всем понятно.

Вопрос: Как сделать Вашу методику более доступной для представителей академических структур?

M. Лайтман: Я не думаю, что они в этом нуждаются и к этому готовы. Как среди обычных людей, так и среди ученых мы должны искать тех, кто осознает кризис, знает, что решения он пока не имеет, что мы не понимаем даже, в чем он заключается. Мы должны искать людей, готовых услышать другие мнения.

Среди российских ученых таких людей в процентном отношении на сегодня гораздо больше. Буквально за последний год появились личности, на своем языке говорящие о каббалистической идее. Мне кажется, что возможны очень интересные контакты, вполне возможно, что мы сможем показать миру природу кризиса и возможности его решения. Главное – это понять, что цель состоит не просто в том, чтобы выйти из кризиса и продолжать существовать, а что это не обычный кризис, это посыл со стороны природы. Это радостная точка, а не точка разочарования, страха и безнадежности. Очень важно преподнести человечеству сегодняшнее состояние именно таким образом.

Вопрос: Можно сказать, что цивилизация – это некоторая стадия эволюции человечества, и сейчас возникает новая цивилизация?

M. Лайтман: Это последняя стадия. В Каббале она так и называется – «последнее поколение». Не потому что на этом все заканчивается, а потому что это действительно последнее из предыдущих несчастных поколений, прошедших через большие страдания. Сейчас, когда эти страдания начинают осознаваться, они заново переживаются уже как источники постижения абсолютного добра.

Вопрос: Вы поедете в Дюссельдорф. Какую концепцию Вы собираетесь предложить Всемирному Совету Мудрецов?

M. Лайтман: В Дюссельдорфе будет собрание ученых: это социологи, философы, специалисты по демографии, антропологии. Вопрос стоит так: «Древние учения как средство разрешения настоящего кризиса».

Будут очень интересные доклады. Естественно, будут присутствовать ученые из Индии, Китая, Японии, Океании, суфисты, то есть публика очень интересная. После вступительного слова первый доклад делаю я. Как бы то ни было, большинство подсознательно или осознанно понимает, что Каббала является основой всех древних учений, религий, верований и философий. Поэтому открывающий доклад дается именно от Каббалы, как шапка. Затем будут доклады по различным частным методикам и по возможностям их сопряжения. Но Каббала выступает как всеобщий принцип.

Это повторяется от конгресса к конгрессу. Та же схема воспроизводилась на конгрессе в Токио, где собирались альтруистические организации, в Аросе, где собирался Совет Мудрецов Мира, на совете представителей комиссий ООН. Раз от разу становится все более явным, что Каббала действительно несет в себе обобщающую картину мира, что все остальное интегрально связывается с ней без всяких противоречий: религии, всевозможные верования, древние мудрости, даже искусство – все находит в ней свой источник и интегрально подключается к ней как к общему знаменателю . Я надеюсь, что и в этот раз проявится то же самое.

Вопрос: Сейчас идет некий процесс интеграции?

M. Лайтман: Да, интеграции вокруг Каббалы. Хотя каббала еще во многих странах мира, в частности, в Восточной Европе, воспринимается как некая секта. Это происходит, естественно, от незнания. Здесь просто необходимо образование.

В цивилизованных странах этот налет с Каббалы уже давно снят. Каббалу изучают в университетах, это считается академической дисциплиной, по ней защищаются диссертации. Мы издаем книги на немецком, испанском, английском языках в крупнейших издательствах мира. Сейчас книга печатается в Китае и Японии. Как я уже говорил, мы располагаем Интернет-ресурсами на 27 языках.

Будем надеяться, что у нас появятся хорошие связи и наладится плодотворная работа с российскими учеными. Я надеюсь, что мы сможем провести большой конгресс в Москве, в рамках которого объединится наша группа исследователей Каббалы и Международный форум ученых. У нас есть связи с нобелевскими лауреатами, общественными деятелями, представителями комиссий ООН и так далее. Мы могли бы собрать в Москве очень хороший международный конгресс. Я надеюсь, что российские ученые со своей стороны смогут принять в нем участие, и это событие станет этапным в деле осознания кризиса в Восточной Европе и в России.

Да, интерес к этой идее очевидным образом растет.

Спасибо Вам большое!

наверх
Site location tree